— Я бы посмотрел, как ты попытаешься. Мы убьём тебя быстрее, чем ты сможешь нажать на спусковой крючок.
— Я так не думаю, — громко и чётко произносит Трей за моей спиной. Он встаёт со мной в один ряд, держа наготове М16, целясь в другого охранника.
— Нас всё равно больше. Трое против двоих, — замечает третий охранник.
— Не совсем, — звучит голос Трины. Они с Кудряшом подходят к нам, и во мне просыпается что-то вроде надежды. У нас есть шанс.
— Численное превосходство на нашей стороне. Бросайте оружие. Сейчас же, — командует Трей. Он медленно шагает вперёд, его руки уверенно держат винтовку, дуло направлено на Лысого.
Троица охранников переглядывается, но никто не опускает руки.
— Я сказал, бросайте оружие. Или буду стрелять, — предупреждает Трей.
Крючконос первым кладёт оружие на пол, за ним охранник с тёмными волосами. Лысый последним опускает винтовку. Они все поднимают руки вверх, и мы быстро подходим к ним.
— На колени, — приказывает Трей.
Я спешу к железным прутьям, но решётка закрыта. Оглядываясь назад, я вижу как трое моих соратников достают шокеры, чтобы парализовать охранников.
— Подождите!
Трей поднимает глаза.
— Что?
Я бросаюсь к охранникам.
— Ключ. Где он?
— Я тебе ничего не скажу, — выплёвывает Крючконос.
Трей бьёт его в лицо, затем хватает за подборок и крепко сжимает. Кровь течёт из уже кривого носа охранника.
— О, я думаю, ты скажешь. Где он?
Тот ухмыляется, но ничего не отвечает. Я слышу щелчок пистолета, и Трей приставляет его к голове охранника.
— Говори. Сейчас же!
Это всё слишком долго. Я вижу, как злость переполняет Трея. Адреналин вкупе со страхом расшатывает его. Я не хочу, чтобы он сделал что-то, о чём потом может пожалеть, поэтому хватаю шокер и направляю в плечо Крючконоса. Тот падает на бок, как швабра.
— Зачем ты это сделала? — Трей смотрит на меня, словно не может поверить.
Я пожимаю плечами.
— Мы бы ничего от него не добились, — перевожу взгляд на двух других, и Трей понимает, что я пытаюсь до него донести. Он приставляет пистолет к мясистому подбородку темноволосого охранника.
Нам нужно найти слабое звено. Тогда мы победим.
— Я спрошу только один раз. Где ключ? — рычит Трей.
Глаза мужчины распахиваются, и он, похоже, обдумывает варианты. Он переводит взгляд на тело своего сослуживца рядом.
— Он у него, — кивает на растянувшегося на полу охранника. — Он носит его на шее.
Трей забирается под ворот рубашки Крючконоса и достаёт цепочку.
— Это он? — спрашивает Трей, держа в руке ключ.
— Угу, — он смотрит на нас с надеждой в глазах.
Трей кивает Трине и Кудряшу, которые подходят с оружием.
Удивление мелькает в глазах темноволосого мужчины.
— Эй, я думал…
Трей пожимает плечами.
— Прости.
И оба оставшихся охранника падают на пол, в одну груду военной формы.
Трей передаёт ключ мне.
— Не окажешь нам честь?
Я переступаю через тела и спешу к замку. Ключ входит без проблем и легко поворачивается. Я с усилием толкаю тяжёлые железные прутья, и решётка открывается. Скрежет металла режет слух, как ногтями по доске.
Как только оказываюсь внутри, я бегу по коридору мимо разных камер. Я слышу, как Трей зовёт меня, но я позабыла о плане. Я могу думать только о том, как добраться до мамы. Пока не поздно.
Я останавливаюсь, когда понимаю, что всё выглядит незнакомым. Разворачиваясь туда-сюда я осматриваю темницу со всех сторон. Стены из серых блоков, неровный, потрескавшийся бетонный пол и простые камеры с решётками — это всё, что я вижу. Слабый запах плесени и немытых тел витает в воздухе.
Знаю, что это тупо, но в отчаянии я выкрикиваю мамино имя. Жду, что рука протянется через решётку, что раздастся всхлип… Что угодно, но в ответ только тишина. Где все пленники?
Я смотрю на полуоткрытую камеру, и хотя всё во мне кричит, чтобы я остановилась, я всё же направляюсь к ней. Моё дыхание перехватывает, когда я заглядываю внутрь и вижу на грязной койке мамин серебряный браслет с двумя птичками-подвесками, которые символизируют нас с сестрой. Слёзы жгут глаза, горло сжимается. Где же она?
Я захожу в камеру и беру браслет, перебирая его пальцами. Мама никогда его не снимала, а значит, с ней случилось что-то очень плохое.
— Вижу, ты нашла свой подарок, — раздаётся голос за моей спиной.
Я резко оборачиваюсь, сердце стучит на бешеной скорости, как товарный поезд. Рэдклифф стоит в дверном проёме, глубокие следы ногтей на его лице начали затягиваться. Я должна бы гордиться этим своим подарочком на память, но мне слишком страшно.