Адмирал Жульене, представлявшая на этом собрании флот конфедерации, тоже была удивлена увиденной в кулоне фотографией, но постаралась скрыть свои эмоции от остальных офицеров. Командующий флотом конфедерации, адмирал Стив Кормов не рискнул явиться на борт рейдера россов, зная что там будут халалайцы, объявившие его священной жертвой.
Адмиралу Жульене пришлось согласиться представлять космофлот. Она не имела врагов среди бывших противников космофлота, потому что не участвовала в боевых столкновениях прошлых лет. Присутствуя на этой встречи, она хотела посмотреть на знаменитую Полину Ягодкину и даже не ожидала получения столь интересной информации по давнему делу, которое продолжала вести, больше для себя, чем для командования космофлотом.
— Полина Егоровна, мне хотелось бы с вами поговорить, — стараясь чтобы её не услышали все остальные, прошептала адмирал, выходя из каюты в которой содержалась тватр.
— К вашим услугам адмирал, — кивнула Полина, — думаю в моей каюте будет удобнее вести разговор с бывшим полковником контрразведки.
Адмирал хмыкнула от резанувшего слух сарказма, а про себя заметила, что разведка у россов поставлена на высшем уровне.
39
Для безопасности Мордгона пришлось сделать большой крюк. Диковск объезжали безлюдными местами, подвергая себя риску нападения разбойников или мародеров.
Следуя советам торка, Николай старался устраивать ночёвки в местах с малым слоем снега, что позволяло экономить скудные запасы фуража. Мерлоки копытами разрывали неглубокий снег и питались высохшей травой. Правда, приходилось по очереди присматривать за ними, чтобы животные не отходили далеко от ночёвки в поисках пищи. Рита и Вера радовались снегу как дети, они впервые оказались на планете с подобным климатом. Налепив во время стоянки снежков, они исподтишка кидались ими в верховых, хохоча когда им удавалось попасть в кого-либо. Из-за частых и долгих остановок продвигались очень медленно. На объезд Диковска ушло целых пять дней. Один день был потерян по вине снежной бури. Ехать куда-либо в белой мгле, когда не видно носа мерлока, было полным безумием. Фураж сутки как закончился, животные еле передвигали ноги от усталости и недоедания. На тракт выехали с последними лучами светила. Впереди мерцали огни постоялого двора, но прошёл час и стало совсем темно прежде чем из тьмы появились серые силуэты строений и частокола.
— Как считаешь, — спросил Николай наклонившись к повозке, — стоит нам туда заезжать или нет?
— Думаю нужно, — выдохнул Мордгон, — посмотри на мерлоков, рёбра торчат. Их необходимо хорошенько накормить и дать им отоспаться в тепле.
Говоря это, торк был хмур и задумчив, внимательно всматриваясь в частокол постоялого двора.
— Что-то не так? — Николай заметил настроение собеседника.
— Говорят, что Ранеш — хозяин постоялого двора, имеет связь с разбойниками. Каким-то образом он сообщает им о богатых купцах, проезжающих по тракту.
— Поди отобьёмся, — Николай усмехнулся, — как говорили мои предки: "Волков бояться в лес не ходить".
Мордгон махнул рукой:
— Придётся заехать, у нас нет особенного выбора, завтра нужно будет ехать особенно осторожно и быть готовыми к любым неожиданностям. Не представляю себе ваших волков, но предки всегда оказываются правы.
Постоялый двор был огорожен толстыми, с заострёнными концами, брёвнами частокола из-за которых виднелись только коньки крыш. Мощные, окованные железом ворота могли послужить хорошей защитой от любого врага. Ворота открылись едва Мордгон постучал концом плётки по специальному металлическому диску, висевшему на цепи перед ними.
Въезжая во двор, Николай заметил четыре, накрытых рогожей, распряженные повозки. Не успели путники остановить своих мерлоков, как подошли пятеро мужиков с факелами и деловито принялись выпрягать из повозки уставших животных.
— Седла сложите в повозку, — посоветовала Мила, подошедшему Николаю.
Уведя мерлоков, слуги вернулись и светили факелами, чтобы удобней было накрывать повозку рогожей. Поглядывая на лукавые лица мужиков, Николай помогал Мордгону подвязывать завязки, висевшие на краях большой холстины.
— Не боишься, что хозяин ополовинит товар? — спросил шепотом Николай, приблизившись к торку почти вплотную.
— Этого можешь не бояться, — усмехнулась Мила, услышавшая его потому как стояла рядом, — его слуги будут всю ночь спать на повозках. Не в его интересах плохие слухи про его постоялый двор. Если до купцов дойдёт молва о воровстве у Ранеша, можешь поверить он сразу разорится. Слухи о связях с разбойниками нельзя подтвердить, а воровство становится явным уже на утро.