Крис только сейчас заметил, что она бессознательно теребит длинную серёжку. Топаз в серебряной оправе тускло мерцал.
— Извини, — смутился он. — Я могу помочь?
Кристина рассмеялась.
— Сиди уж, привидение. Всё нормально. Просто на сложное колдовство меня сейчас не хватит.
— У меня здесь костюм есть, — решил проблему Рэд. — На случай нежданных важных шишек. Размер должен подойти.
— Рэд! — окликнул Крис охранника, уже собиравшегося выйти. — Пока не забыл. Когда будешь открывать хранилище — осторожнее. Я очень старательно его законопатил, но, боюсь, не вспомню, как.
Оборотень фыркнул.
— Сам замуровал — сам и откроешь. Кто у нас штатный взломщик, в конце концов?
— Штатный кто? — Жак не был уверен, что верно расслышал слово.
— Взломщик, — подтвердил Крис. — Охранные чары тестирую. Чем, думаешь, я здесь всё лето занимался?
Отец вздохнул.
— И чего ещё я не знаю о собственном сыне?
— Всего, о чём не спрашивал.
— Кажется, многовато, — пробормотал Жак себе под нос и вслед за Рэдом вышел из зала.
— Присмотри за ним, хорошо?
— Обязательно.
Захлопывая за Жаком дверцу такси, Рэд поймал себя на том, что всё ещё улыбается самым неподходящим к случаю образом — широко и довольно. Понадеявшись, что хотя бы при разговоре с полицейскими и нагрянувшими внезапно журналистами выглядел достаточно серьёзным, глава музейной охраны направился к служебному входу. Гравий дорожки мягко шуршал под ногами. Прохладный ветер заносил в парк возбуждённые крики праздничной толпы. Замок возвышался над весельем молчаливой громадой.
Рэд упустил момент, когда отношения между старшим и младшим Гордонами дали трещину. Поначалу Крис был слишком мал, и всё, кажется, шло хорошо. А потом появилась Алиска, и у молодого отца не осталось ни времени, ни сил вникать в тонкости чужих взаимоотношений. Рэд заметил разлад, только когда тот стал слишком бросаться в глаза. На правах друга семьи — практически старшего сына — он несколько раз пытался вмешаться, что-то объяснить, сгладить острые углы. Но каждый раз, получая залпы протеста с обеих сторон поля боя, вынужден был признавать своё поражение.
— Не переживай, они сами разберутся, — со спокойной уверенностью говорила Лаванда.
Верилось с трудом.
Убедить в чём-то Криса и сейчас было нелегко, а лет пять назад эта задача представлялась попросту невыполнимой. От любых замечаний мальчишка отгораживался ежиными иголками своих бесконечных шуток. Рэду казалось, что это превратилось в рефлекс. Со временем иголки отросли до размера дикобразовых и стали появляться так быстро, что разница между защитой и провокацией почти сошла на нет.
Жак в попытке достучаться до сына был подобен кроту, который, наткнувшись на бетонную преграду, упрямо продолжает ломать об неё когти и сбивать лапы вместо того, чтобы свернуть и поискать другой путь.
И если то, что произошло, заставит этих двоих наконец-то посмотреть друг на друга, а не на собственные представления друг о друге… Может быть, оно того стоило?
Когда Рэд вернулся в читальный зал, Крис сидел за столом, опершись на него локтями и сцепив руки на затылке. Он был куда бледнее, чем полчаса назад, и казался невероятно усталым.
— Ты как?
Крис вздрогнул и поднял голову, только сейчас заметив вошедшего. Руки упали на стол, и Рэд обратил внимание, что у парня ощутимо дрожат пальцы.
— Что случилось?
— Ничего нового. — Крис пожал плечами, но жест получился слабым, почти незаметным. — Я пытаюсь отстраниться от Вектора. Насколько возможно. Не хочу брать слишком много. Что, совсем паршиво выгляжу?
— Да, жутковато, — признал оборотень.
— Это ты меня ещё мёртвым не видел…
Рэда передёрнуло. Да и Крис вместо того, чтобы усмехнуться, только нервно поёжился.
— Не рановато от лекарства отказываешься? — с сомнением спросил охранник, пододвигая ещё один стул и садясь напротив. — Подождал бы, пока полностью восстановишься.
— У этого лекарства слишком неприятные побочные эффекты, — поморщился Крис. — Так что либо я выздоравливаю сам, либо… — Он глянул на Рэда, улыбнулся: — Окей, без вариантов: я просто выздоравливаю сам.
Оборотень вздохнул.
— В больницу бы тебе… Или хотя бы домой. Почему со всеми не поехал?
— А ты представь мамину реакцию, если я там начну в обморок валиться…
— А ты планируешь?
Крис облизнул пересохшие губы.
— Судя по ощущениям — весьма вероятно.
— И ты решил, что я — лучшая сиделка? — фыркнул Рэд, не сводя с парня беспокойного взгляда. — Или есть ещё причины?