– Горизонт – не вещь!
– Нет? – Юлиан пожал плечами. – Тогда что это? Бог? Инопланетянин? Или просто очень сложный механизм, который мы не понимаем?
Аиша открыла рот, но Элена подняла руку.
– Достаточно. – Её голос был жёстким. – Мы не будем обсуждать уничтожение. Пока. – Она посмотрела на Юлиана. – Но я ценю, что ты высказал эту мысль. Нам нужно рассматривать все варианты.
– Даже безумные?
– Особенно безумные. – Элена помолчала. – Потому что ситуация безумна. И нормальные решения могут не работать.
Она встала, прошлась по кают-компании. Все следили за ней взглядами.
– Вот что мы сделаем, – произнесла она наконец. – Продолжаем исследования. Осторожно. Ограниченно. Никаких личных запросов – никто не спрашивает о своей судьбе, о своих близких, о чём-либо, что может повлиять на наши решения здесь и сейчас.
– Почему? – спросила Аиша.
– Потому что мы – экипаж. Команда. Мы должны работать вместе. И если кто-то из нас узнает что-то… слишком личное… это может разрушить команду. – Элена посмотрела на каждого по очереди. – Мы уже видели свои смерти. Этого достаточно. Более чем достаточно.
Никто не возразил. Маркус подумал о своём отражении – о старике с книгой, о девяноста четырёх годах жизни впереди – и понял, что Элена права. Он не хотел знать больше. Не сейчас. Может быть, никогда.
– Научные вопросы, – продолжала Элена. – Исторические. Астрономические. Что угодно, что не касается нас лично. Согласны?
Кивки. Один за другим.
– Хорошо. – Элена села обратно. – Аиша, ты руководишь исследованиями. Маркус помогает – ты историк, ты знаешь, какие вопросы задавать. Юлиан – техническая поддержка. Томас – следишь за кораблём. Лена – следишь за нами. – Она помолчала. – Вопросы?
– Один, – сказал Маркус. – Счётчик. Число, которое уменьшается с каждым запросом. Что это?
Элена посмотрела на Аишу.
– Мы не знаем, – признала физик. – Пока не знаем. Но я работаю над этим.
– Работай быстрее, – сказала Элена. – У меня плохое предчувствие насчёт этого счётчика.
Следующие несколько часов превратились в марафон вопросов и ответов.
Маркус сидел рядом с Аишей, помогая формулировать запросы. Его историческое образование оказалось неожиданно полезным: он знал, как структурировать вопросы, чтобы получить максимум информации, как избегать двусмысленностей, как проверять источники.
Правда, проверять Горизонт было сложнее, чем архивы.
– Нобелевская премия по медицине, 2146, – диктовала Аиша.
Ответ: имя, институт, открытие – новый метод регенерации нервной ткани.
– Первый пилотируемый полёт к Проксиме Центавра.
Ответ: 2187 год. Корабль «Магеллан». Экипаж из двенадцати человек.
– Лечение болезни Альцгеймера.
Ответ: 2151 год. Генная терапия, разработанная в Сингапуре.
Каждый ответ сопровождался символом и уменьшающимся счётчиком. К концу дня он показывал 2,847,290,891 – минус шестьдесят четыре от начального значения.
– Шестьдесят четыре запроса, – подсчитала Аиша. – Шестьдесят четыре ответа.
– Шестьдесят четыре единицы потеряно, – добавил Маркус. – Что бы это ни значило.
Он смотрел на данные – на список открытий, событий, имён, дат – и чувствовал странное головокружение. Как будто стоял на краю обрыва и смотрел вниз.
Всё это было реальным. Всё это произойдёт.
– Знаешь, что меня беспокоит? – произнёс он, не отрывая взгляда от экрана.
– Что? – Аиша подняла голову от консоли.
– Формулировки. – Маркус указал на последний ответ. – Смотри: «Лечение болезни Альцгеймера, 2151 год». Не сказано, что это окончательное лечение. Не сказано, что оно работает для всех. Не сказано, сколько стоит, кто имеет доступ…
– Ты думаешь, Горизонт неточен?
– Я думаю, Горизонт очень точен. Но в том, что он говорит. А то, что он не говорит… – Маркус покачал головой. – Мы задаём вопросы, и он отвечает. Но ответы – как газетные заголовки. Факты без контекста. Данные без смысла.
Аиша нахмурилась.
– Это… интересное наблюдение. – Она потянулась к клавиатуре. – Давай проверим. Более конкретный вопрос.
Она ввела запрос: «Лечение болезни Альцгеймера, 2151 год. Эффективность. Побочные эффекты. Доступность».
Ответ пришёл через несколько секунд.
ЭФФЕКТИВНОСТЬ: 94.7% ПРИ РАННЕЙ ДИАГНОСТИКЕ. 67.3% ПРИ ПОЗДНИХ СТАДИЯХ. ПОБОЧНЫЕ ЭФФЕКТЫ: ВРЕМЕННАЯ ПОТЕРЯ ПАМЯТИ (2-4 НЕДЕЛИ). ГОЛОВНЫЕ БОЛИ. РИСК ИММУННОЙ РЕАКЦИИ – 0.3%. ДОСТУПНОСТЬ: ОГРАНИЧЕННАЯ. ВЫСОКАЯ СТОИМОСТЬ. ЛИСТЫ ОЖИДАНИЯ – 6-18 МЕСЯЦЕВ.
– Он отвечает, – сказала Аиша. – Если спросить правильно.
– Но мы должны спрашивать правильно, – уточнил Маркус. – Он не даёт информацию добровольно. Не предупреждает о важном. Не… – Он поискал слово. – Не заботится.