-Готовься к тому, что окажешься очень близко с границами Хаоса, - все же соизволил предупредить меня Серш Шаас, и я в который раз полетела в серебристую дымку кубарем, только на этот раз совсем одна.
Глава пятнадцатая
Знакомство со страшным и великим…
Знойный воздух опалил легкие. Я так и замерла, боясь вдохнуть еще и ожидая, когда глаза привыкнут к полумраку, царящему в разгар дня на самой Границе. Давящая и неестественная тишина вокруг наводила на мысль, что все живое на многие мили поглотил ядовитый туман, который мешал рассмотреть очертания леса, превратившегося в островок обугленных исполинских стволов. Под ногами скрипел песок, а в нескольких метрах от меня мерцала стена, которая тонула в черных тучах и исчезала в дымке тумана.
«Я окружена», - мелькнула в моей голове мысль и исчезла, потому что из плотного концентрированного и оттого неестественного тумана потянулось извивающееся мертвенно-бледное щупальце. Оно раскрылось, демонстрируя мне огромный слепой глаз, сочащийся гноем.
-Ааааа! – я закричала так громко, как только могла, подаваясь назад и врезаясь в мерцающую стену. Отпружинив от нее, я понеслась навстречу смертоносному щупальцу, которое становилось все ближе.
«Огонь, Катарина! - приказал голос Адриана в моей голове. Сосредоточенный, громкий, напряженный. – Используй огонь! Моя защита не пропустит тебя за пределы стены.
Я выставила руки и, со всей дури, пальнула в щупальце огнем. На несколько мгновений туман окрасился в ярко-оранжевые полутона, наполняясь свечением, и из него тут же вылетели сразу несколько извивающихся рук-великанов, которые попытались схватить меня и раздавить, как назойливую букашку.
«Поднимайся в воздух, Катарина! Ты не выживешь на земле, ты теряешь слишком много сил в непосредственной близости от тумана!» - голос Адриана дрожал, а я покрылась холодным потом от напряжения, стараясь сдержать атаку порождений Хаоса.
Адриан забыл, с кем он разговаривает? Я не Катарина Варк, и не смогу подпрыгнуть и обратиться драконом.
«Что же мне делать?!»
Эта мысль крутилась в моей голове по кругу, потому что ни на какие другие просто не хватало ни сил, ни времени, а Адриан скрежетал зубами от злости и безысходности.
«Катарина, мрак побери нагов, сосредоточься на том, чтобы обмануть туман! Беги к лесу и ищи спасения в Пустынных землях.
И снова я не представляла, как сделать то, о чем практически умолял меня дракон. Бежать? Но куда? Вокруг меня колыхались и множились отростки Хаоса, которые норовили плюнуть ядовитым гноем, сцапать за ноги и стукнуть с высоты, как только я немного ослабевала огонь, хлещущий в направлении тумана.
Когда руки начали дрожать, по спине ручейками тек пот, в горле пересохло, а в голове начали множиться голоса, я почувствовала толчок в груди. Словно кто-то изнутри просился наружу, словно сердце рвалось на части от ужаса и безысходности.
Глаза застила пелена, сквозь которую я вдруг начала различать в тумане цветные линии, очень много линий, сплетенных в тугой комок. Мои ладони опустились, огонь стих, а Адриан начал кричать, перекрывая все мои панические мысли. Он чего-то требовал, просил и приказывал, но я ничего не соображала, ничего не видела, кроме этих цветных линий, которые дрожали и просились на свободу, коконом обрастая вокруг меня.
Протянув руку, я схватила ближайшую нить, которая прилипла к темно-фиолетовому щупальцу. Острое жало вырвалось наружу, чтобы пронзить меня насквозь, но я дернула нить и тут же все отростки Хаоса втянулись обратно, а передо мной взмахнул крыльями сначала маленький дракоша, который на глазах начал расти. Он ширился, туман отступал. Дракон взмахнул крыльями, и туман отступил еще дальше, словно гонимый ветром, а в это время ко мне сами собой устремились другие нити. Белые, оранжевые, серебристые. Они тянулись и оплетались вокруг моих рук, впитываясь в кожу, и призрачные животные заполняли пространство вокруг, как армия, готовая защищать меня до последнего вдоха. Невероятных размеров змеи, волки, медведи, еще драконы, фениксы – целое войско зверей, теснивших Хаос, ревущих, орущих, плюющихся огнем и рвущих плоть тумана когтями и клыками. Все, чего от меня требовали нити – это вытягивать их наружу и позволять оседать у меня на коже, мгновенно впитываясь и воплощаясь в очередного монстра.
«Катарина, девочка моя, прости меня, прости, пожалуйста, - слышала я рыдания Адриана, который сорвал голос и теперь рычал и всхлипывал, подобно раненому зверю. – Неужели потерял? Снова потерял?!»