Мрак щелкнул пальцами и растворился в облачке фиолетового дыма, предатель, а я побежала к стене, судорожно нащупывая ладонями хоть одну неровность. Должен же здесь быть выход! Мне пора бежать, пока какие-то там жрецы не накинулись на меня с расспросами. Я не в состоянии ответить и на десятую долю их вопросов!
Но стены Храма не выпускали меня наружу, как я не билась об их гладкую и прохладную поверхность, а секунды утекали сквозь пальцы, как песок, пока один из жрецов не появился в Храме.
-Кто ты?! – раздался у меня над ухом шелест-шепот, и человек в черном балахоне шагнул вперед, а капюшон при резком движении упал с его лысого черепа. Я охнула от ужаса, уставившись в темные глаза-провалы, а рука жреца взметнулась вверх, и мое горло сковали невидимые костлявые пальцы.
Пока я хрипела и задыхалась, возле алтаря вспыхивали темные факелы, один за другим, и вот уже ровный круг из сотни факелов чадил в Храме, унося дым высоко к куполу, а рядом с каждым появился человек-скелет. От их вида я мечтала упасть в обморок, но все еще оставалась в сознании, слыша в своей голове обещанные сотни вопросов, самым актуальным из которых все еще был: «Кто ты?»
Глава девятнадцатая
Хотела Адриана - получи
С появлением жрецов Храм Рода светлых драконов напоминал мне место паломничества духов тех, кто давным-давно усоп. Высохшие фигуры в черных плащах, от которых веяло не просто холодом, а могильным стылым отчаянием, заполнили практически все пространство вокруг алтаря, замерев изваяниями. Неподвижными, страшными, пугающими своими провалами-глазницами, в которых клубилась сама тьма. И Мрак ничего не рассказал мне о жрецах, не посоветовал, как вести себя, что делать. И вот я стою и открываю рот в немом крике, сражаясь с ледяными пальцами, схватившими мое горло. Да, черт возьми, этих жрецов, я и пальцев не видела, только руку этого странного типа, что стоял от меня в нескольких шагах, но дышала рваными вдохами и выдохами из-за сильной нехватки кислорода, а в голове шелестели их голоса. Одинаковые, шипящие, как речь нагов.
«Кто ты? Тебя послали боги?»
И сказать бы им, что я не могу ничего ответить, потому что задыхаюсь, потому что испарина выступила на лбу от страха, и судорогой свело ноги, но кто же меня услышит?!
Большой палец правой руки невольно нащупал пустоту на безымянном, на котором я привыкла носить перстень Адриана. Такой тяжелый, но надежный, связующий меня с его мыслями.
Я зажмурилась и представила короля, который шепчет мне не сдаваться и держать ситуацию под контролем.
«Ты сильная, Катарина Варк. Я верю в тебя!» - грел меня горячий шепот от его слов, только вот все это иллюзия и плод моего больного воображения.
Там, перед Хаосом, я верила, что Адриан поддерживает во мне силу к жизни, стремление вернуться к нему, во что бы то ни стало, победить любую опасность. А потом появился Мрак и объяснил мне разницу между любовью и влечением истинных, которому невозможно сопротивляться, и я поверила. Но, вот я снова чувствую ледяную смертельную хватку на своем горле, у моего сердца два крыла ворона, но все мысли о том, чтобы рядом оказался Адриан.
«Помоги!» - взмолилась я мысленно, понимая, что он не ответит, не придет и не отзовется, призывая меня быть сильной, бороться.
«И почему я всегда вспоминала только плохое между нами двумя? Он столько раз поддерживал меня, зная, кто перед ним – обычная девчонка, которая заняла тело дорогого ему человека. Мог бы ненавидеть… а он помогал, защищал, переживал и боялся».
-Кто ты? – жестко проскрежетал голос у самого моего уха. – Отвечай, смертная!
-Ка…тарина, - прохрипела я в ответ, пытаясь вдохнуть поглубже, и невольно закашлялась, чувствуя, что хватка ледяных пальцев ослабла. – Дочь Астиана пятого и сиры Элеоноры.
-Темная, - снова прошелестел голос, от которого мурашки по спине бегали.
Жрецы напоминали мне колышущиеся тени, или это факелы так дымили, что у меня двоилось перед глазами. Даже запах с их приходом изменился, наполняя стены Храма могильным холодом и тленом. Жрецы сомкнули кольцо вокруг алтаря, но тот, что появился здесь первым, не обращал на их действия никакого внимания. Он медленно засунул руку куда-то в складки плаща и выудил на свет кинжал, острие которого блеснуло кроваво-красным в неровном свете факелов.
-Подойди, смертная, - позвал он тихим голосом, и я невольно сделала шаг вперед, не понимая, что мною движет.
«Нет, же, нет, Катарина. Ты не пойдешь на зов этого безумца, который умер много тысяч лет назад, а сейчас вернулся и желает утащить тебя с собой во тьму!»