-Я стала королевой, - ответила я маме. – Это многое меняет, разве нет?
Мой недовольный тон не укрылся от ее пристального внимания, и мама сомкнула свою теплую ладонь на моих ледяных пальцах. Я вся дрожала от внутреннего перенапряжения и волнения, слова Лилы и Хельги ранили меня глубже, чем мне бы хотелось думать.
-Расскажи, что тебя беспокоит, Катарина? – спросила мама, заглядывая мне в глаза. Мы обе невысокого роста по сравнению с остальными драконами, но мамина хрупкость и ранимость бросается в глаза. Я выросла более крепкой и ширококостной, сильной, энергичной. Теперь наши отражения в зеркале на противоположной стене подтверждают, как же я похода на отца, вот только эти зеленые колдовские глаза. Они у меня мамины.
-Мне тяжело вспоминать о прошлом, - не нашлась я с ответом. – О том, что отец причастен к убийству полукровок и людей. Мы продолжаем считать и тех и других бесправными существами, не желая помочь. О каком прощении богов молятся темные драконы, когда не видят всего зла, что они сотворили и продолжают приумножать?
-Ах, вот что, - склонила мама голову, отпуская мои пальцы. – Ты заговорила, как Адриан, но я не виню тебя в этом, вы же истинные, вы чувствуете друг друга, слышите и понимаете лучше, чем кто бы то ни был. Но, Катарина, твой отец хочет для драконов лучшего.
-И в чем же заключается это «лучшее»? – развела я руками. – Мы уже совершили страшную ошибку, которая лишила нас Храма, и вот он восстановлен, жрецы вернулись в его стены, скоро Род темных драконов сможет вернуть себе магию, но разве кто-то из нас думает о лучшем? Нет, мама, мы лишь хотим вернуть свое, отобранное, несправедливо украденное? Разве не так рассуждает отец и все его приближение?
-Разве ты сама так не думаешь? – неуверенно спросила сира Элена, а я лишь отрицательно покачала головой.
-Конечно, нет! Я хочу восстановить Эрград, мама.
Сира Элена прижала руки к груди.
-Не вздумай говорить об этом отцу или кому другому, девочка моя. Род темных драконов не простит тебе предательства, как не простили они воронов и светлых. Ты всю жизнь проведешь, как изгой, вдали от меня, отца и брата. Такой судьбы ты хочешь?
-Но, мама, - я уже говорила, не таясь. – Это я восстановила Храм, это я – королева Ардовы. В наших руках будущее, и я желаю помочь не только темным, но и полукровкам, и людям.
Сира Элена схватилась за каменный выступ стены, а на ее глазах выступили слезы.
-Катарина, - она говорила севшим голосом, а я поспешила подхватить ее под спину, чтобы не дать упасть.
-Молчи, я неблагодарная дочь! Тебе скоро рожать, тебе стоит думать только о своем здоровье и благополучии моего брата.
Но мама ничего не слышала, продолжая исступленно говорить.
-Я всегда поддерживала Адриана в его вольнодумии и посмотри, чем это для него закончилось, Катарина. Я воспитала его, как сына, и каждую минуту боюсь, что моему мальчику отрубят голову, что его убьют фениксы, что предадут наги, что разорвут на части волки. О, дорогая, я люблю вас обоих больше жизни, но твой отец – черный дракон и король Ардовы по праву крови, по клятве, данной каждым из Родов, по Зову, что ведет его впереди остальных. Послушайся меня, Катарина, уступи отцу и позволь ему решать, что делать дальше.
-Нет! – сказала я твердо, зная, что не оступлюсь. - Я выйду замуж за Адриана и подарю ему титул законного короля, как супруга истинной королевы. И ты предупреждена, что ни он, ни я не станем мириться с политикой Астиана пятого.
-Тогда, вам придется противостоять слишком многим, дочка, - очень ласково обратилась ко мне мама, в чьих глазах сверкали слезы. – Адриану придется доказать, что он – сильнейший дракон, чтобы остальные из Родов преклонили перед ним колени, но без Храма светлых драконов ему не победить. И он… - сира Элена замолчала, громко сглатывая. – Он не пойдет против приемного отца, который воспитал его и дал все, что он теперь имеет. Мой муж – хитрый правитель, он все продумал еще тогда, когда вы были детьми.
Правда, произнесенная сирой Эленой на эмоциях, ударила в солнечное сплетение. Я согнулась, хватая ртом воздух и не веря в то, что только что услышала, а мама заплакала, отступая назад и поворачиваясь, чтобы покинуть гостиную. Какое-то время я смотрела ей вслед, пока пелена не застила все вокруг. Голова кружилась, огненная лава растекалась по венам, во рту резко пересохло.