Победно уставившись на декана, я ждала его решения. Шах и мат, белобрысый! Сейчас ты вызовешь стражу, и завтра утром я буду пить кофе в своей уютной гостиной, слушая, как отец скрипит зубами от злости.
Эйдан Тенебрис выдержал длинную паузу. Он неторопливо подошел ближе, совершенно не заботясь о том, что пена может испачкать его идеальные ботинки. Склонился ко мне так близко, что я почувствовала запах сандала, исходящий от его мантии, и тихо, чтобы слышали только этот сноб-блондин и я, произнес:
— Какая дешевая актерская игра, Ланарит. Если вы думаете, что я отчислю абитуриентку, способную одним кривым щитом уложить пятерых третьекурсников боевого факультета, то вы плохо знаете, как мы здесь работаем.
Моя победная улыбка медленно сползла с лица.
— Что?.. Но я же сломала фонтан!
— Вы продемонстрировали отличную скорость реакции, — выпрямился Тенебрис и уже громче добавил: — И отвратительное знание траекторий. А вы, господа. — Он уничтожающе посмотрел на блондина и его свиту. — Продемонстрировали полную профнепригодность, позволив девчонке уделать вас в первые же минуты знакомства.
— Мы не… она исподтишка! — попытался возмутиться блондин, но декан поднял руку, обрывая его.
— Наказание разделят все участники конфликта, — безапелляционно заявил магистр. — Завтра в шесть утра, до начала распределительных тестов, вы шестеро явитесь сюда. Без магии, зато с ведрами, щетками и тряпками. И будете отмывать аллею, горгулий и каждый камень, пока они не заблестят так же ярко, как ваша не в меру активная гордость.
— Вы не можете меня заставить мыть камни! Я дочь королевского советника! — возмутилась я, забыв про пену.
— А я декан факультета, на котором вы, Ланарит, скорее всего, окажетесь, если продолжите в том же духе, — парировал Тенебрис. Он щелкнул пальцами, и розовая пена мгновенно испарилась с моей одежды и волос, оставив после себя лишь легкий запах клубники. — Спокойной ночи, студенты. Постарайтесь больше ничего не взорвать до утра.
Он развернулся и ушел, раскачивая полами черной мантии.
Я стояла посреди аллеи, обдуваемая ветерком, и понимала страшную вещь: отчислиться из академии Крылатого Пламени будет гораздо сложнее, чем я думала.
Мильна подошла сзади и сочувственно похлопала по плечу:
— Ну, зато ты пахнешь как ягодный десерт, Ирми. Привыкай. Боевики своих просто так не отпускают.
Глава 3. Эйдан
Глава 3. Эйдан
Утро выдалось дрянным, как и любое утро перед вступительными испытаниями. Я сидел в своем кабинете, массируя виски, и пытался сфокусироваться на стопке личных дел абитуриентов. За окном занимался рассвет, окрашивая башни академии в теплые желто-розовые тона.
В дверь коротко постучали, и, не дожидаясь ответа, внутрь проскользнул мой секретарь Норрис — юркий полурослик с вечно бегающими глазками.
— Магистр Тенебрис, — торопливо поклонился он. — Срочный вызов по правительственной линии. Лорд Ланарит. Настаивает на личном разговоре с деканом боевого факультета… а вы трубку не берете.
Я поморщился. Королевский советник был могущественным и невыносимо заносчивым драконом. Мы с ним уже пересекались. Я достал артефакт из кармана, как всегда поставил на беззвучный режим, и жестом приказал секретарю выметаться. Как только дверь закрылась, ответил на звонок.
Над столом развернулось изображение лорда Ланарита. Его лицо, всегда надменное, сейчас выражало крайнюю степень напряжения.
— Рад приветствовать, магистр Тенебрис. — Голос советника прозвучал сухо, без лишних любезностей.
— Взаимно, лорд Ланарит. — Я откинулся в кресле, скрестив руки на груди. — Чем обязан столь раннему звонку? У нас через пару часов распределение.
— Именно поэтому я и звоню. Речь о моей дочери, Ирмине. Мне доложили о вчерашнем инциденте с фонтаном.
Слухи в столицу долетают быстрее, чем боевые заклинания до цели. Я усмехнулся.
— Ваша дочь обладает весьма неординарным подходом к взаимодействию с окружающей действительностью, лорд. Но уверяю вас, ущерб минимален, а воспитательные меры уже приняты.
— Меня не волнуют фонтаны, магистр, — оборвал меня Ланарит. — Меня волнует ее распределение и обучение. Я хочу, чтобы она попала на боевой факультет и под ваш личный контроль.
Я нахмурился.
— Поступление зависит от потенциала, а не от пожеланий родителей. Если ее резерв…
— У нее колоссальный резерв! — рявкнул советник, теряя хладнокровие. — В ней течет чистейшая кровь старших драконов. Но она отказывается это принимать. Боится своей сущности, не оборачивается. Запечатала внутреннего зверя так глубоко, что я не могу до него достучаться.