Но нет. Слишком рано. Айс ещё не настоялась. Она должна гореть.
Я усмехаюсь, убираю руку и делаю шаг назад.
На её лице проступает тень удивления, словно она не понимает, почему я её отпускаю.
— Рубашку оставь себе, Айс, — бросаю я и выхожу.
Дверь закрывается за мной. Я останавливаюсь в коридоре, делаю глубокий вдох.
Шрад.
Член колом, ноет. Эта чертовка сводит меня с ума.
Я почти чувствую её ногти на своей спине. Её бёдра, обхватывающие мое тело. Её горячее, узкое...
Хватит.
Я быстрым шагом направляюсь в свою каюту. Мне нужна новая рубашка и… холодный душ.
Оказавшись у себя, я быстро скидываю одежду и захожу в душевую. Вода обрушивается на меня ледяным потоком. Закрываю глаза.
Я ведь уже все себе вообразил.
Как наклоню Айс над столом. Заставлю широко расставить ножки, прогнуть спину в талии. Как положу ладонь между лопаток, контролируя каждое движение, каждый её вздох. Как возьму её. Глубоко, жёстко, на грани исступления и грубости, наслаждаясь громкими стонами. Как она примет меня и будет сладостно кончать на моем члене.
Моя. Только моя. Но пока далековата от правильной кондиции. Я сжимаю челюсти. Бездна. Айс уже плывёт, но ей нужно время.
Я её не трону, пока она сама не сдастся. Но это не значит, что я не могу заставить её жаждать меня. План меняется.
Я выхожу из душа, вытираюсь, быстро надеваю свежую форму.
Пора браться за работу.
Я иду в кабинет и вызываю к себе Вайдера. Через пару минут он входит, на лице лёгкая усмешка.
— Командор, — он садится напротив, делая вид, что совершенно расслаблен.
— Ты успел что-то найти на доктора Арвейн? — спрашиваю сходу.
— Нет, пока по нулям, — отвечает он. — Что-то конкретное, может, нужно, Айб?
— Я хочу знать все, что с ней происходило с двенадцати до пятнадцати лет, — я смотрю ему в глаза. — Скорее всего, придется пойти не самым законным путем. Её прошлое кто-то старательно заметает под ковер.
Вайдер сразу становится серьёзным.
Он понимает, что это не просто интерес.
— Ты уверен? — спрашивает он, сверля меня изучающим взглядом.
— Без сомнений.
Он выдыхает, кивает.
— Ладно. Будет сделано.
Я отпускаю Вайдера и откидываюсь в кресле. Закладываю руки за голову и подключаюсь к системам корабля.
Айбер в кабинете
Моя девочка уже в лаборатории. Она ведь так и не сказала мне, что там делает. Удивительно скрытная. Показывает только то, что не может скрыть, но не объясняет. Оставляет меня голодным, вынуждает довольствоваться лишь фактами. А я люблю знать все. И узнаю.
18.
Айбер
Командование военным кораблём — это игра с сотнями переменных, где нельзя позволить себе ни единой ошибки. Ты не имеешь права быть невнимательным, не имеешь права упустить даже мелочь. Особенно, когда в твоём экипаже есть женщина, которая уже залезла в голову и не собирается из неё вылезать.
Я ментально отслеживаю статус корабля в реальном времени. «Шторм» держит курс без отклонений, все системы в норме, экипаж работает чётко.Моя обычная рутина — проверки, отчёты, совещания. Но даже за этим хаосом я продолжаю ощущать её.
Я уверен, она уже тоскует, даже если не признается себе. А я не появлюсь и не напомню о себе. Я дам ей время истосковаться. Ещё через пару дней сама начнёт искать встречи. Айс уже в ловушке, ей просто нужно время осознать это.
Вечером я сижу в командном кресле на мостике, наблюдая за работой экипажа. Всё идёт по графику.
На главных экранах отображаются траектории, параметры полёта, состояние корабельных систем. Навигаторы сверяют данные. Тактики прогнозируют возможные угрозы. Всё функционирует как отлаженный механизм, и я этому рад.
Но моё внимание не только здесь. Я просто не могу это остановить, периодически переключаюсь на камеры лаборатории.
Айс упорно работает с момента, как мы разошлись по своим делам после выхода из стазиса. Даже не выходила из лаборатории, кроме как поесть. Один раз.
Она тонет в работе, будто пытается скрыться в ней от меня. Сосредоточенно склонилась над голографическими схемами. Её пальцы летают по панели, взгляд прикован к экрану. Она полностью погружена в процесс.
Она в своей стихии.
Но даже так время от времени её пальцы касаются воротника комбинезона — жест, которого раньше не было. Она постоянно трогает ткань, точно там что-то важное. Конечно, важное. Там был воротник моей моей рубашки, Айс помнит мой запах.