− Так я уже три дня как советник. Но не сладилось у меня с Тигоном, решил к тебе перебраться.
− А зачем ты мне?
− Могу советы давать, могу повеселить.
− Так всё-таки ты шут!
− После веселья ты меня назовёшь другим словом.
− Ладно, советов пока мне не надо, а вот скучно… Повеселишь?
− Да запросто. У тебя есть ценная вещь, но только небольшая?
− А зачем?
− Фокус покажу, − голос Ёматая казался интригующим.
− Слушай, а чего у твоей подруги губы такие красные и большие? Прямо слишком.
− Так модно теперь красить. А большие… ей слоны раз набили, а я сказал, что мне нравится. Вот она каждое утро себе и набивает.
− Своим самкам сказать что ли, чтобы тоже набивали.
− Сейчас эта мода пошла по всем джунглям, так что не отставай.
− Ладно, вернёмся к фокусу – это интересно. Ситама! – позвал Полосун любимую львицу.
Она грациозно подошла, а на шее красовался зелёный ромбовидный камень на верёвочке. Полосун снял его с шеи львицы и передал Ёматаю.
− Пойдёт?
− Конечно, − Ёматай намотал верёвочку на камень и подошёл к пеньку. – Садись и смотри! Полосуну было интересно, и он быстро уселся напротив Ёматая, а тот достал из подсумка три маленькие черепушки, разложил их на пеньке.
− Смотри внимательно! – Ёматай показал камень, позади льва столпились львицы. – И вы тоже смотрите!
Шимпанзе положил камень под среднюю черепушку и начал их путать между собой, бормоча: − Черепушки колотушки, камушек исчез в макушке. Черепушки снова мне, камушек исчез во пне.
Глаза Полосуна и его львиц прыгали из стороны в сторону, боясь упустить черепушку, под которой камень. Ёматай остановился:
− Под какой черепушкой?
Полосун указал на правую. Там ничего не оказалось.
− Очень интересно! – Полосун вошёл в азарт, заёрзал на месте. − Значит камень в одной из двух оставшихся!
− Логично, но не совсем, − Ёматай уже начал путать два черепа.
− Черепушки колотушки, камушек исчез в макушке. Черепушки снова мне, камушек исчез во пне.
Глаза Полосуна бегали. Ёматай остановился.
− В какой?
Полосун указал на левую. Под ней оказалось пусто.
− Вот какой ты хитрый! Я на эту и не подумал! – Полосун указал на оставшуюся черепушку.
− А под ней ничего и нет! – Ёматай поднял черепушку, там оказалось пусто.
− А где же камень? – Полосун недоумевал.
− В том то и вопрос, где. Даже я точно не знаю! – Ёматай собрал черепушки в подсумок, встал и пошёл вверх по склону. Етика за ним хвостом.
− Ты куда? А камень?
− Я пошёл ветки плести, ты же хотел веселья. А ты пока поразмышляй, где камень!
Полосун сидел долго, думал.
− Я понял. Он в пеньке! – сказал он наблюдающим львицам.
− О, король, ты у нас самый умный, − промурлыкала Ситама.
Долго лев подрывал корни, потом их перегрызал. Затем пытался откусывать от пенька кусочки, говоря при этом львицам, что Ёматай, наверное, волшебник. А по джунглям уже понеслась весть, что Полосун – пеньковый грызун.
Наконец ему это надоело, он пошёл к Ёматаю.
− Слушай, как камень из пенька достать? Его долго грызть!
Ёматай уже доплетал большой шар из веток, а Етика ему помогала.
− А зачем грызть? – шимпанзе был увлечён работой. – Пусть львица носит на шее пенёк, а всем говорит, что камень внутри. А когда пенёк сгниёт, камень и достанете.
− Так пенёк же большой и тяжёлый!
− А кому сейчас легко? Только тебе, развлекаться ему подавай. А я вон вспотел бедный, устал, плету тут…
− А зачем ты это делаешь?
− Сейчас будем с горы кататься! Знаешь, как интересно?
− Мне уже интересно, только… − Полосуну не понравилась затея с камнем, поэтому он сказал:
− Только ты первый.
− Да ладно, я – так я!
Шимпанзе открыл дверцу из веток, забрался внутрь. Етика заплела вход и толкнула шар так, чтобы он катился вдоль ручья. Ёматая стало болтать, он ухватился четырьмя лапами за ветки и стал кувыркаться вместе с шаром.
Небо, земля, небо, трава. Казалось, этим кувыркам не будет конца. Полосун, еле поспевая, бежал рядом и вопрошал:
− Интересно? Тебе интересно?
− О! О! Очечень!
Наконец шар остановился. Подбежавшая Етика расплела дверцу и Ёматай вывалился из шара. Он поднялся и шатался, как пьяный.
− Во! Ты как будто наелся пьяных плодов марулы! Очень интересно! Я тоже хочу кататься!
− Ну тогда потащили наверх.
Втроём они вытащили шар на подъём и Полосун спешно в него залез.
− Закрывайте! Толкайте! – требовал он.
− Сейчас покатишься! – Ёматай усмехнулся.
Как только дверцу заплели, Ёматай толкнул шар, но не вдоль ручья, а направил его на выступ скалы.
− Уай! Уай! − Полосун болтался в шаре, не додумавшись зацепиться.
− Бежим, надо будет дверцу расплести! – Етика уже двинулась.