– Добрый день, уважаемый, – донеслось из глубины лавки.
Гидеон Грейхилл, нынешний её владелец вышел к покупателю с вежливой улыбкой. Это был невысокий, худощавый волшебник в очках в тонкой оправе. На Ньюта он смотрел с интересом и благожелательностью. Грейхиллов уважали на всём Лютном переулке, с ними имели дела и многие зельедельцы, обычно закупавшиеся в магазинчиках Косой аллеи. Как и магазин Боргина и Берка, лавка Грейхиллов была воплощением той буферной зоны, в которой они располагались.
– Добрый день, – Ньют подошёл к прилавку и посадил на него нюхля. – Вот. Он вдохнул пары сильнодействующего любовного зелья.
– Чудит? – понимающе кивнул Грейхилл, с профессиональным интересом глядя на притихшего зверька. Ньют со вздохом кивнул. – Это мы поправим. Я приготовлю вам противоядие, но до вечера он будет грустным. Это быстро пройдёт, особенно, если его подбодрить.
– Давайте, – Ньют погладил нюхля по голове, думая, как развеселить зверька.
Гидеон усмехнулся, достал из-под прилавка колбу, керосиновую горелку, взмахом палочки зажёг её, наполнил колбу водой и начал варить зелье. В его исполнении это больше напоминало создание картины или написание симфонии. Зельеделец напевал под нос, помешивая лиловое, серебрящееся зелье стеклянной палочкой. Через полчаса Грейхилл снял колбу с огня, взмахом палочки остудил его и перелил дозу в небольшой флакончик.
– С вас пятнадцать сиклей и два кната, – Гидеон протянул лекарство Ньюту. Тот кивнул, расплатился и положил флакончик в карман.
Чтобы трансгрессировать, пришлось дойти до Косой аллеи. Делать это в Лютном Саламандер не решался. Выйдя из знакомого заваленного мусором тупичка, Ньют огляделся. Маггловский Лондон кипел жизнью, несмотря на непрекращающийся дождь и слякоть. На перекрёстках гудели машины, люди в деловых костюмах спешили куда-то бесконечным потоком. Магозоолог в своём пальто казался нелепым и неуместным в этом царстве порядка и финансов. Ньют был этому бесконечно рад.
Его любимая кофейня располагалось в тихой улочке совсем рядом с деловым центром Лондона. Здесь готовили отличный кофе, пышные ореховые булочки и самые вкусные пончики. Весёлая полная девушка за прилавком улыбнулась Ньюту, потупившись. Он уже не раз замечал, что она вела себя с ним несколько необычно.
– Добрый день, – порозовев, произнесла продавщица. – У нас сегодня свежие круассаны со сливочным кремом и пончики. Ореховые булочки тоже хороши, как и бриоши.
– Добрый, – приветливо улыбнулся девушке Ньют, разглядывая прилавок. – Мне две булочки с орехами, дюжину карамельных эклеров и три шоколадных пончика.
– Минуту, – просияла продавщица и достала бумажный пакет.
Ньют подумал, что вряд ли Банти откажется от булочки. Ей и так пришлось возиться с лунными тельцами и гриндилоу одной.
– Ваш заказ, – девушка протянула пакет и снова потупилась. – А вечером вы заняты?
– Ужасно занят, – Ньют немного удивился тому, что продавщицу в кофейне так заботит его график. – Думаю, завтра зайду ещё.
Им с Банти предстояло всю ночь провозиться с саламандрами и лунными тельцами, а ещё почистить бассейн келпи, так что утром кофе и круассаны будут им жизненно необходимы. Зайдя за угол кофейни и спрятавшись за нагромождением ящиков, Ньют снова трансгрессировал, на этот раз к себе домой.
Скинув пальто, магозоолог посадил нюхля на стол в гостиной, тот даже не попытался сбежать, цепляясь лапками за его руки. Но едва Ньют достал флакончик, зверёк пустился наутёк. Пришлось снова применять Манящие чары.
– Это для твоего же блага, поверь! – Ньют ловко поймал нюхля, надавил ему на живот, от чего тот икнул, и быстро залил ему в рот содержимое флакона.
Зелье подействовало сразу, нюхль мгновенно сник, свесил мордочку и горестно вздохнул. Не успел он удариться в меланхолию, как Ньют вытряхнул перед ним на стол три шоколадных, покрытых блестящей глазурью пончика. Это сработало, нюхль сразу же вцепился в угощение, мордочка его стала чуть менее скорбной.
Облегчённо выдохнув, Ньют вернулся в прихожую, достал из кармана пальто книги и понёс их в кабинет. Не успел он подняться на первую ступеньку, как в дверь забарабанили. Спешно положив книги на подставку, вазу с которой нюхль разбил в прошлом месяце, Саламандер поспешил к двери. Та ваза была просто ужасной и разбивалась так часто, что Банти предпочла просто смести осколки в мусор.
– Катастрофа! – на пороге стоял мокрый с головы до ног мистер Робертс. На улице шёл проливной дождь, которого не было ещё минуту назад.
– Что случилось? – Ньют пропустил травника в дом.
– То любовное зелье, помните? Я делал его на заказ, – начал мистер Робертс, спешно водя палочкой по одежде, с которой уже успела натечь на ковёр изрядная лужа. – И я не могу его найти! Я трижды проверил лавку, обошёл всю Косую аллею!
– Хотите сказать?.. – Ньют со всех ног бросился в гостиную, в который оставил горюющего нюхля.
Тот, слегка повеселевший, но всё ещё грустный, с тяжёлым вздохом вытягивал из своего кармана упомянутый мистером Робертсом флакон. Видимо, тосковать зверьку надоело, и он решил вернуться в прежнее состояние.
– Акцио, любовное зелье! – Ньют взмахнул палочкой.
Однако нюхль и не думал отпускать добычу и полетел в руку магозоолога вместе с флаконом. Тот наклонился, едва не пролив драгоценное содержимое на пол. Мистер Робертс бросился наперерез, схватил зелье и попытался оторвать от него зверька. Нюхль отчаянно вцепился всеми лапками, но Ньют обхватил его под мышками и легонько пощекотал, отчего зверёк разжал хватку. Одной рукой удерживая брыкающегося воришку, другой он приманил пончик и сунул тому в пасть. Получив вкусное, нюхль немного успокоился и даже смирился с потерей.
– Прошу простить! Он весь день ведёт себя странно после этого зелья! – Ньют взмахом палочки отправил нюхля в полёт к столу и последнему пончику, а сам развернул мистера Робертса лицом к двери. – Не понимаю, как он только мог? Ещё раз извиняюсь. Больше такого не повторится!
– Что ж, если вы обещаете… – растерянно ответил подталкиваемый к выходу мистер Робертс. Он чувствовал облегчение от того, что зелье нашлось, и оторопь от того, как.
– Разумеется! – Ньют распахнул дверь перед мистером Робертсом. – Хорошо, что всё нашлось.
– Да, – несколько неуверенно ответил травник и трансгрессировал в брызгах дождя.
Заперев за ним дверь, Ньют вернулся в гостиную. Нюхль уже начал третий пончик, из кармана на его животе свешивалась цепочка от часов.
– Так! – строго сказал Ньют, подходя к столу. Нюхль весь сжался, стиснув в лапках пончик. – Отдай всё. И лучше добровольно!
Горестно посмотрев на магозоолога, зверёк выложил на стол тяжёлую брошь, перстень с большим камнем, явно фамильный, два кулона, крошечную книжечку с позолоченной обложкой, ложечку с веткой бузины на черенке и часы с гербом Фиц-Кларенов на крышке. Сложив лапки на животе, нюхль посмотрел на Ньюта. Тот только вздохнул, убрал добычу зверька в карман и погладил того по голове. Как возвращать украденное, он даже не представлял.
– Что мне с тобой делать-то, катастрофа? – вздохнул магозоолог и улыбнулся.
День выдался тяжёлым, а значит, самое время было заварить чай для эклеров и отнести булочки Банти, заодно проверить, как там лунные тельцы. А нюхля пока можно было оставить с пончиками. На какое-то время они его точно займут.