Катастрофы под водой

Доктор приступил к лечению тех, кто находился в лазарете. У меня он диагностировал одностороннее токсическое воспаление легких. (По прибытии в специальное отделение Североморского госпиталя на рентгеновской аппаратуре сразу же определили двустороннее воспаление. Самым тяжелым больным был признан помощник командира капитан-лейтенант Лесков, с которым мы вместе лежали в адмиральской палате).

Затем для встречи с нами прибыл ракетный корабль на котором прибыли командир дивизии Игнатов, его заместитель по ЭМЧ Зарембовский, врач Мазюк и представитель особого отдела. Я, по-моему, их не видел. По рассказам сослуживцев они открывали переборку во второй отсек, предварительно удалив из ЦП всех тех, без кого можно было обойтись некоторое время. Говорят, что пожар при этом снова возобновился и переборку вновь закрыли. Сам я при этом не присутствовал и, что они там увидели, я не знаю. Во время нахождения в т.н. лазарете 8 отсека я помню, что меня охватил сильнейший озноб. Меня укрывали какими-то одеялами, теплыми вещами. Я много спал. На мостик покурить и на штурманскую вахту командир меня не допускал.

После ракетного корабля прибыл крейсер (по-моему “Чапаев”), который доставил сменный экипаж. Экипаж мы не меняли и дошли до базы силами оставшихся в живых, следуя на почтительном расстоянии от крейсера в кильватер.

Остальное, наверное, Коля, ты знаешь по документам и другим свидетельствам, данным лучше меня. Если ты найдешь в моих свидетельствах что-то полезное для своей книги и для восстановления истинной картины этих печальных событий, буду рад тому, что я помог тебе.

Не мне судить о правильности действий командира ПЛ и командира БЧ-5, но то, что я лично видел - это отчаянная борьба сильных, волевых офицеров за плавучесть ПЛ и жизнь членов экипажа. В их грамотности, компетентности я никогда не сомневался. Я могу допустить, что ошибки в руководстве борьбой за живучесть были. При такой обстановке трудно выбрать оптимальный вариант. Мне кажется, что установление оптимальности действий в такой обстановке со стороны - неблагодарное занятие, тем более, что прошло столько лет. С точки зрения организации я помню только команды, доклады и лица людей, описать которые невозможно.

Уже после отпуска и прохождения медкомиссии нас хотели снова послать в море, чтобы, если можно так выразиться, реабилитироваться и представить к наградам. Но командир, по прибытии на борт ПЛ, еще не спускаясь вниз, потерял сознание. Это мероприятие было отменено”.

В 1980 году автор, работая в Севастополе председателем Государственной экзаменационной комиссии (ГЭК) в Высшем Военно-Морском Инженерном Училище, встретил Ю.Ф.Степанова. Долго продолжалась наша беседа. Я знал его с лейтенантов на второй атомной ПЛ "К-5". В Севастополе он преподавал в ВВМУ им. Нахимова.

Список личного состава ПЛ “К-3” погибшего 8 сентября 1967 года.

капитан 2 ранга Горшков Сергей Федорович

капитан 3 ранга Коморкин Лев Федорович

лейтенант Петреченко Александр Иванович

капитан-лейтенант Смирнов Валентин Николаевич

капитан-лейтенант Ганин Геннадий Иванович

капитан-лейтенант Маляр Анатолий Алексеевич

лейтенант Гурин Виктор Михайлович

мичман Буторин Алексей Алексеевич

старший матрос Лаврушкин Владимир Петрович

матрос Романов Владимир Николаевич

мичман Мусатов Владимир Иванович

старшина 2 статьи Таранов Владимир Георгиевич

старшина 2 статьи Пузевич Константин Николаевич

старший матрос Розанов Валерий Николаевич

матрос Осипчук Александр Степанович

старшина 2 статьи Кисловский Геннадий Иванович

матрос Воробьев Александр Васильевич

старший матрос Вигерин Игорь Васильевич

матрос Богачев Владимир Михайлович

главный старшина Михнин Владимир Яковлевич

старшина 2 статьи Иванов Анатолий Иванович

матрос Гарагонич Юрий Иванович

старший матрос Тарабан Виктор Иванович

старшина 2 статьи Юзефович Петр Иосифович

матрос Ярошевич Владимир Николаевич

старшина 2 статьи Гурьев Николай Николаевич

старшина 2 статьи Гайдей Сергей Никитович

матрос Гайвас Аркадий Константинович

матрос Клименчук Владимир Николаевич

матрос Пасталатий Виктор Федорович

матрос Коровин Александр Васильевич

матрос Кузьмицкий Виктор Анатольевич

матрос Соболев Николай Петрович

матрос Боглаев Сергей Федорович

старшина 2 статьи Романцов Борис Митрофанович

матрос Кутепов Анатолий Александрович

старшина 2 статьи Слугин Михаил Иванович

старшина 2 статьи Богачев Николай Михайлович

старшина 2 статьи Зацепин Николай Михайлович

Вечная слава героям-подводникам!

Обреченные на безвестность

Братская могила - океан

24 февраля 1968 года дизельная подводная лодка Тихоокеанского флота с экипажем более 100 человек и тремя баллистическими ракетами на борту, вышла в Тихий океан на боевую службу и... исчезла.

Советская пресса хранила гробовое молчание, и даже морским офицерам Тихоокеанского флота было запрещено вести какие-либо разговоры на эту тему.

Между тем с начала марта по май 1968 года проводилась невиданная по размаху и секретности поисковая операция, в которой были задействованы десятки военных кораблей, суда морского и рыболовного флота, самолеты и вертолеты. Однако не удалось обнаружить ни лодку, ни каких-либо признаков катастрофы.

Взрыв от разрушения корпуса лодки на глубине был зафиксирован донными акустическими системами ВМС США. Затопление “К-129” около острова Гуам замечено с орбиты американским спутником-шпионом. Таким образом, командование ВМС США и ЦРУ практически сразу получили сведения о точном месте гибели подводной лодки: 40°00' с.ш. и 180°00" в.д. Впрочем у этой осведомленности могли быть и другие корни. Среди множества существующих сегодня версий о причине гибели “К-129” одна заслуживает особого внимания: возможно лодка столкнулась с американской субмариной слежения. Это могла быть “Суордфиш” (типа “Скейт”), которая через три дня после гибели “К-129” прибыла на базу в Йокосука (Япония) с повреждением ограждения боевой рубки. В этом случае американцы, естественно, просто не могли не знать точных координат.

В июне 1968 года, убедившись, что советские спасательные службы прекратили поиски погибшей лодки, ВМС США и ЦРУ приступили к осуществлению секретной операции по обнаружению и подъему “К-129”. Их интерес был очевиден: получить доступ к советским баллистическим ракетам, шифрам, кодам, системам связи, управления, технологиям строительства прочного корпуса и т.п.

Дизельных подводных лодок проекта 629 (по классификации НАТО - “GOLF”) в Советском Союзе было построено 23 единицы. Головная “К-96” вступила в состав ВМФ в декабре 1959 года. Корабли этого проекта имели следующие тактико-технические данные:

Водоизмещение — 3 533 тонн

Длина - 98 метров

Глубина погружения - 300 метров

Дальность плавания - 27000 миль

Автономность - 70 суток

Экипаж - 59 человек

Количество ракет - 3

Многие модернизировались, на них отрабатывались новые ракетные комплексы и вооружение. Однако, к моменту гибели “К-129” большинство узлов спецбоеприпасов было снято с производства и в новых типах оружия они не использовались. Что же касается шифров и блоков кодирования, то после исчезновения субмарины все документы на флоте были заменены.

В ВМФ СССР пришли к убеждению, что лодка затонула и экипаж погиб. Родственникам подводников сообщили об их смерти, на территории базы подводных лодок заложили камень для установки памятника. Казалось бы, в деле навсегда поставлена точка. Но, как выясниться спустя шесть лет, не для всех.

В 1974 году военно-морские силы и ЦРУ США поднимут с глубины 5000 метров, так и не найденную тогда нами, “К129”. Ее обнаружило американское научно-исследовательское судно и, к удивлению специалистов, внешне субмарина почти не пострадала, хотя пережила взрыв, погружение на чудовищную глубину и удар о каменистый донный грунт.