-Я даже не знаю. У меня нет никаких предпочтений.
-Тогда я забираю ее день! – встрял Марк, рисуя что-то на скатерти. Он толкнул Луку в бок, привлекая внимания к рисунку. Тот тихо захихикал.
-Ничего ты не забираешь. Твой рок даже один день слушать тяжело, - ответил Тимофей. – Отличная картина, придурок. И ни капельки на меня не похоже, между прочим.
От обсуждений музыкальных вкусов, компания незаметно перешла на болтовню про передачу «На пике». Катерина лишь пару раз украдкой смотрела это ток-шоу, куда приглашали разных известных людей. Девушка никогда не интересовалась ни звездами, ни слухами, ни передачами, поэтому совершенно не понимала то, о чем говорят ребята.
-Глупости, - говорил Тимофей с набитым ртом. – Как они вообще могли позвать его. Ганс просто тупица и толком не смыслит о том, о чем говорит.
-Уверен, что он не сможет отличить ЭГФ от обычного диктофона, - поддержал Гриша, поправляя очки.
-Ну, он симпатичный и говорит хорошо, - вставила Диана.
-Тоже мне, - буркнул Марк, хищно сузив глаза. – Я тоже ничего.
-Однако по телевизору я тебя не видела.
-Как он мог сказать, что тот случай в деревне простое нашествие духов? Даже дураку понятно, что это не просто так. Духи без причины не нападают на людей, - продолжил Тимофей.
-И русалки тоже не выпрыгивают на сушу, - кивнул Гриша.
-Мы там не были, и судить не можем, - заключила Диана.
-О чем вы? – не выдержала Катерина. – Какое нашествие духов?
Все посмотрели на нее, будто только сейчас поняли, что она сидит с ними. Катерина захотела провалиться сквозь землю.
-Секрет что ли? – буркнула она, краснея.
-Нет, конечно. Ты это в любой газете найдешь, - ответил Гриша миролюбиво. –Несколько недель назад в деревне Глухово стали пропадать люди. Жители говорят, что в их деревне лет пятьдесят такого не было. Вот и подняли тревогу.
-Ганс Скривнер из «Охотников» сказал, что их компания была там и не обнаружила ничего стоящего, - продолжил Тимофей.
-Разве этим не должны заниматься военные? – удивилась Катерина.
-Полиция сказала – цитата – «пить меньше надо», - фыркнул Марк. – Что они еще могут сказать? Военные могут только пистолетами размахивать, да в тюрьму сажать. С приведениями ни первое, ни второе не получится. Вот жители и вызвали специалистов.
-Вызвали бы нас, мы бы уж точно сделали свою работу нор-маль-но, - сказал Тимофей, засовывая последнюю ложку в рот.
Катерина скривилась. До сих пор не верилось, что она работает в подобном агентстве. То, что делали обычные солдаты и корпуса, эти ребята выполняли за деньги, зачастую не предоставляя никакой гарантии. После их «помощи», военные лишь разгребали горы трупов и обезвреживали «проходы» в Иной Мир. Но самое ужасное - они не просто помогали людям сосуществовать в другими видами, но и оправдывали или защищали последних. Поэтому, мягко говоря, военные их недолюбливали. Вместо того чтобы бороться с проблемой, такие агентства разводили «дипломатическую хрень» - любил повторять Морозов.
Катерина сморщила нос. Последнее чем бы ей хотелось заниматься в этой жизни, так это наживаться на чужих страданиях. Сколько людей в день страдает из-за всякой нечисти! А эти люди еще и паразитирует на этом. Берут деньги. Почему Вождь еще не запретил эти организации, Катерине было решительно непонятно. Неужели в армии было так мало людей? Все эти подростки наверняка не обладают и частью тех знаний, которые нужны для ловли гномов, например, или изгнания привидений.
-Ты все? – спросил Тимофей, доедая последнюю ложку безвкусной каши. – Пошли на тренировку.
*
Они оказались в просторном сером подвале. По бокам стояли шкафы с папками, какие-то банки, коробки, железные шкафчики. Тут же стоял старый разобранный телевизор, сложенные ковры, чучела животных, спортивный инвентарь, зеркала – в общем, всякий ненужный хлам.
-Когда тепло мы занимаемся в саду, - сказал Тимофей. – Но тебе повезло познакомиться с нашей сокровищницей. Интригующе, правда?
-Очень. Сейчас из штанов выпрыгну, - сыронизировала Катерина. – Здесь вы будете ставить на мне ваши эксперименты?
-А что? Неплохо. Гриша давно хотел изучать анатомию, - вставил Марк, присаживаясь на старый кожаный диван, покрытый цветастым пледом с изображением машины.