Выбрать главу

Катерина не сразу узнала голос Тимофея. Он стал похож на скрежет старой прогнившей калитки. От этого голоса хотелось забиться в угол и плакать.

-Хорошая шутка с бутылкой, - говорил он, тихо, ровно, ужасающе, - я оценил. А записка, которую ты подбросила тоже выше всяких похвал, - он наклонился почти к самому лицу. – Да ты и не отрицаешь этого. Запомни, Кира, - его голос стал еще тише, Катерина заметила пар от каждого его выдоха, - если ты еще раз, попытаешься кому-то угрожать, то я узнаю. Поняла?

Кира активно закивала, по ее щекам струились слезы, перемешанные с тушью.

-Умница, - продолжил Тимофей, распрямляясь и отходя на шаг дальше. Воздух снова становился теплым. – Хочешь умыться? – спросил он уже своим обычным голосом. - Туалет сейчас безопасен.

Кира быстро забежала внутрь, хлопнув дверью.

Когда Тимофей развернулся, на его лице не было и тени злости, которая еще секунду назад так и клокотала в нем. Лишь глубокие тени появились под глазами. Он медленно посмотрел на Катерину, будто бы боялся, что она сейчас сделает шаг назад, убежит, назовет его страшным или что-то такое. Но она ничего из этого не сделала. Она была шокирована, но не напугана. Заинтригована.

Почувствовав это, Тимофей облегченно кивнул, подошел к ним, закидывая руки им на плечи.

-Как ты понял, что записки написаны одним человеком? – спросила Катерина. Теперь и она поняла, что видела этот замысловатый красивый почерк в тетради Киры.

Тимофей без лишних слов, достал из кармана две бумажки: записку Лизы и клочок с номером телефона, который школьница ему давала. Кроме цифр на ней были слова «Целую, твоя Кира» и отпечаток губ. Катерина захотела выбросить записку в окно.

-Подчерки похожи. Но еще я использовал магию, чтобы убедиться.

-И много ты в последнее время колдуешь? – спросил Марк.

-Не мало.

Марк хмуро глянул на него и тяжело вздохнул, взлохматив и без того торчащие волосы друга.

-А что такое? – недоумевала Катерина.

-На самом деле, мой запас магии не то, чтобы очень большой. Он меньше многих магов, - ответил парень, пытаясь пригладить волосы. – Поэтому я так рад, что теперь в нашей команде еще один маг, который будет на подхвате.

Катерина хотела возмутиться, но лишь махнула рукой, как хочешь, мол.

-Какой продуктивный день, - сказал Тимофей, кладя руки в карман. – Награда от заказчицы – раз. Награда от школы – два. Награда от полиции за поимку реального убийцы – три. Ну, и хорошая репутация среди такого количества людей – четыре.

-А если кто-то все-таки выяснит, что здесь есть вампир, то это очень сильно скажется на репутации, - заметила Катерина.

-Ну, я же не сказал, что вампира НЕТ, - напомнил Тимофей. – Я сказал, что УГРОЗЫ нет. А это чистейшая правда.

Катерина косо глянула на него, подумав, что этот парень может стать хорошим политиком.

-А что, кстати, случилось с тем мужиком и парнем? – спросила она.

-Мужика, вроде, отправят на каторгу, - ответил Марк, застегивая куртку. – А паренька в колонию за сокрытие правды. Кроме того, в их доме нашли много наркотиков.

-Вот это я понимаю – задание, - присвистнул Тимофей. - Как думаете, про нас скажут по телеку? Ну, или хотя бы по радио и в газете будет репортаж? – мечтательно выдохнул он, насвистывая песню Сары. «Жизнь никогда не будет идеальной, но падения приведут меня к взлетам…».

Арка 3. Глава 13.

Катерина сидела за столом на кухне, медитативно разрывая салфетку на мелкие кусочки. Марк развалился на подоконнике, жуя яблоко, Диана и Гриша устроились на диване с пачкой чипсов. Тимофей расхаживал по комнате, задавая уточняющие вопросы. Рассказ о побеге из корпуса давался тяжело. Переживать весь тот ужас заново Катерине не хотелось. Но и скрывать это больше не было желания. Ее разноцветные глаза застыли в безразличии и скуке. Только в глубине зрачков, в самой глубине, пульсировало волнение, страх и бесконечная, тяжелая боль. «Успокойся и отпусти ситуацию. Следуй по течению», - убеждала она себя, безжалостно разрывая очередную салфетку. Когда Катерина дошла до смерти Зои, боль ненадолго вырвалась наружу в виде одинокой слезы, но она нервно вытерла ее тыльной стороной ладони и снова окаменела. Тимофей не стал заставлять ее рассказать детали, как делал прежде. За что она была ему очень благодарна.