-У тебя глаза размером с апельсины, - пошутил Марк.
-Охренеть, - вырвалось у нее.
-Сейчас мой отец является одним из председателем в Большом Совете.
-Охренеть!
-А у тебя очень богатый словарный запас! - покачал он головой. – Роман Миглицкий один из самых умных, влиятельных… и жестоких людей в Лорхе, - Марк нервно дернул головой, а его дыхания на секунду сбилось. – Когда мне представился шанс сбежать оттуда, я незамедлительно это и сделал.
-Он знает, где ты?
-Да. Было бы странно, если бы не знал. У него повсюду глаза и уши.
-Он хочет тебя вернуть? – Катерина пыталась заглянуть ему в глаза.
-Каждый месяц сестра зовет меня домой, говорит, что он примет меня обратно, что он все обдумал и понял свои ошибки. Но даже тот факт, что пишет ОНА, а не ОН, говорит о многом. Я никогда не вернусь туда. Никогда.
-Но зачем ему возвращать тебя?
-Думаю, ему стало скучновато без меня. Я обычно по вечерам устраивал дома представления… ну, там, читал стихи, пел его любимые песни, ходил на руках.
Он замолчал, погружаясь в свои мысли. Марк сидел с неестественно прямой осанкой. Лицо будто за секунду осунулось, огрубело, а взгляд голубых глаз стал холодным, как кристаллики льда. О чем бы он сейчас не думал, это приносило ему боль. Не зная, что сделать, Катерина глубоко вздохнула и накрыла его ладонь своей.
-В детстве я читала «Веселая Семейка Дятловых», - сказала она, Марк удивленно поднял бровь. – В ней было много рассказов о семье Дятловых. Они часто ссорились, но потом в конце дня они все садились за стол и смеялись. Помню, там была строчка, что «любая семья похожа на них». Я ненавидела эту книгу. Потому что понимала, что все это ложь. Не все семьи могут быть счастливыми. Никто из нас не выбирает, в какой семье родиться. Однако, - Катерина посмотрела на Марка, - мы можем выбирать друзей.
Марк криво улыбнулся. Наконец его плечи опустились.
-Какое дурацкое название у книги, - засмеялся он.
-И не говори! – засмеялась она в ответ.
Вдруг их смех прервал кашель, и они замолчали.
-Думаешь, нужно заглянуть? – спросила Катерина, опасливо разглядывая дверь.
-Если только на секунду. Чтобы проверить.
Они тихонько подкрались к двери и неуверенно открыли ее. Старуха отрывисто кашляла, не успевая даже вздохнуть. Марк зашел первым и тихо спросил:
-Извините, вам нужна помощь?
Старуха никак не отреагировала. Кашель усилился. Катерина вошла следом. В нос ударил запах мочи, пота и чего-то приторно сладкое. Возможно, нужно было уже давно проветрить комнату, но окна были прочно запечатаны. Трупы мух лежали на подоконнике, вверх лапками. С потолка свисали тенёта с комками пыли.
Марк неловко взял воду из кувшина, налил в стакан и поднес к губам старухи. Но жидкости полилась по щекам. Ее пустые глаза смотрели в потолок. Больше всего она сейчас напоминала старую сломанную куклу, которую бросили на чердак и забыли под толстым слоем мусора. Катерина попятилась назад, задев локтем шкаф. Тот угрожающе закачался, и из него упала рамка. Вовремя среагировав, Катерина подставила руку. От резкого движения в глазах на секунду потемнело.
-Поймала, - прошептала она облегченно.
В горле пересохло, а пульс участился, превращаясь в гулкий, оглушающий стук. На фотографии был длинноволосая, круглолицая девушка в белом халате с большими грустными глазами. Катерина медленно подняла голову на старуху.
-Он идет. Он здесь. Он придет снова, - шептала она, захлебываясь в кашле. Ее костлявый длинный палец указывал куда-то вперед.
Катерина без оглядки выбежала из комнаты. Открыв окно нараспашку, она высунула голову наружу и жадно глотала воздух. Удушающий запах до сих пор обволакивал ее, будто уже успел впитаться в одежду, в волосы, в кожу.
-Дать воды? – Марк выглядел растерянным.
-Она говорила то, что говорил тот призрак в лесу. Точнее нет. Она и есть это призрак в лесу. Точнее и не призрак совсем, - тараторила Катерина. – А запах!
-Правда, меня чуть там не стошнило, - скривился он.
-Я уже чувствовала его. В лесу! Тогда там тоже пахло чем-то сладким.