-Не думаю, что она будет против. И Федор тоже, - хитро ответил Тимофей.
Военные приехали спустя пару часов, когда все документы уже были заполнены, вещи собраны, билеты заказаны. Марк уже морально готовился к отправлению, глотая очередной флакон с лекарством. Он болтал с Маргаритой и ее мужем. Дети, еще бледные, слабенькие, с интересом высовывали сонные, худые лица и подслушивали разговор. Маргарита шикала, ругалась, но те продолжали высовываться, как кроты из земли. Женщина лишь раздраженно вздыхала, но улыбалась. Все были рады, что дети, наконец, начали просыпаться. Гриша сидел на скамейки, положив голову на плечо глухого Сан Саныча, и беззастенчиво прихрамывал, открыв рот. Жанна вместе с другими соседками обступила Катерину, пытаясь выведать какую-то информацию, пока маленькая, морщинистая Рима Павловна не рявкнула:
-Хорош!
Взяла Катерину за плечи, усадила ее на крыльцо и заставила есть блины с малиновым вареньем.
-Худющая какая! – причитала бабушка.
Впрочем, это не помешало соседкам накинуться на Марка. Тот сразу расправил плечи, вальяжно откинул волосы и что-то им говорил. Они краснели, хихикали и смущенно отводили глаза.
Тимофей и Иван Романович стояли около женщины в военной серой форме. Она была очень высокой, а сапоги на каблуке делали ее настоящей великаншей. На глазу была черная повязка, украшенная мелкими стразами. Волосы были повязаны серым платком с причудливыми завитками. В зубах она держала сигару, перекатывая ее губами и перелистывая папку документов. Дочитав до конца, она выплюнула сигарету в железный бак:
-Подведем итог: Федор Краснов, бывший участник второго корпуса, со своей дочерью Алисой приехал в Глухого пять лет назад. Тут он встретился со своей коллегой Анной Зарецкой, которая поделилась своими экспериментами, в области отделения духовного существа от физического тела под воздействием наркотика. Где она варила этот наркотик?
-Она не рассказала этого, - ответил Тимофей. – По ее словам на этой территории росли необходимые ингредиенты. Еще она покупала что-то на черном рынке. Точную формулу она не сказала, но что запомнил, я написал в отчете.
-Ясно. Федор воспользовался этой формулой, чтобы добывать энергию из чужих тел для своей дочери. Список жертв, - она пробубнила себе под нос, пролистывая бумагу. – Ага. Вижу. Сначала это был генерал Громов, потом смотритель Иван, потом оборотни? Хм. Понятно. И Глеб Носов. Ясно.
-Федор заставлял людей принимать наркотик. Их души отделялись от тела без возможности вернуться, а тела быстро старели и переставали функционировать в нормальном режиме. Из-за этого души не могли вернуться в тела. Поэтому здесь так много неизвестных трупов. К тому же, так как Федор являлся не просто врачом, а еще и давал экспертизу, думаю, он мог подделывать документы, так как ему нужно.
-Верно, - она вздохнула. – Наверное, из-за этого управление еще не заинтересовалось этими трупами. Где они похоронены?
-На местном кладбище, - Иван Романович махнул рукой куда-то в сторону.
-Мы проведем повторную экспертизу. Продолжайте, Тимофей.
-Федор смог продвинуться в экспериментах и обнаружил, что дух обладает энергией, которую можно поместить в камень.
-Сумел добыть образец? – женщина внимательно посмотрела на него.
-Нет. Но камень был похож на обычную гальку.
-Понятно, - только и сказала она. – Тела всех постаревших будут подвергнуты повторной экспертизе. Хорошо, что вам удалось вытрясти из него показания. Плохо, что не удалось защитить его от духов. Анну мы чуть позже допросим. Это все? – ее темная, аккуратно очерченная бровь взметнулась вверх.
Они с Гришей постарались составить как можно более сухой на подробности отчет. Это была удивительный, почти шедевральный документ, который был правдой и неправдой одновременно. По молчаливому согласию они решили утаить о настоящей смерти Федора (беззастенчиво свалив всю вину на духов), о неожиданном превращении Гриши (которого вполне могли посадить за «Угрозу безопасно и несанкционированно обращения»), а также о том, что они своровали много документов и книг у Анны и Федора, связанные с их работой в корпусе.
-Все, - утвердительно кивнул Тимофей, засовывая руки в карманы.
Катерине, наконец, удалось выбраться от рук заботливой старушки, и она подошла к Тимофею.