Глава 23.
Месяц прошел слишком быстро для всех.
Гриша, пережив еще одно полнолуние, снова погрузился в изучение книг. «Открытие века», «100 экспериментов, изменивших мир», «Все достижения Е. Л. Зимней», «Леонид Низин – злой гений или гениальный злодей», «Драгоценные камни и их история». С упорством барана он искал ответы. И с каждым днем становился все мрачнее и злее, потому что не находил их. Порой его приходилось пинками выгонять из дома, чтобы он не покрылся плесенью и пылью. Однажды Тимофей даже вынудил сыграть с ним в игру, и вот они втроем, он, Гриша и Алена, кричали друг на друга, разбрасывая карты и распивая пиво.
Учеба мало заботила Марка, поэтому он тренировался с Катериной и продолжать выполнять заказы. Однажды после долгого и трудного дня он повел ее в клуб. Поначалу Катерина была в полнейшем шоке: музыка разрывала барабанные перепонки, свет обжигал глаза, запах пота и алкоголя липко оседал на волосах и одежде. Она поправляла свою новую юбку, боясь сделать неверное движение. Но встретив Рыжего, Милу и даже Лизу и Свету (которые молили о том, чтобы ребята не рассказывали их родителям), она расслабилась. Весь вечер Марк учил ее танцевать, но видимо удостоверившись, что дело это абсолютно бесполезное, позволил девушке просто прыгать и размахивать руками. Когда заиграла любимая песня Марка, он забрался на сцену, взял микрофон и начал призывать толпу петь с ним – и вот уже весь клуб поет в унисон, обнявшись за плечи.
Тимофей, как ни странно, все-таки взялся за книги. Спор зарядил его и направил буйную энергию на учебу. Странно было видеть, как он прилежно выписал что-то из учебников, штудировал конспекты и советовался с Гришей. Однако хватало его, как правило, ненадолго, потому что в какой-то момент он откидывал книги и начинал саботировать работу остальных.
-Это просто невозможно, - сквозь смех выла Катерина, хватаясь за голову, после того как от скуки он начал вставать на голову. – Как ты до этого сдавал экзамены?
-Я умею нравиться людям. Я просто заболтаю их, - говорил он, невинно хлопая глазами.
Катерина закатила глаза и шуточно хлопнула его по колену конспектами, от чего он упал на ковер.
-Не волнуйся, я просто дурачусь. Мы обязательно выиграем этот спор!
Диана по поводу экзаменов вообще не думала и, кажется, даже забыла о них, полностью погрузившись в заботу об Але и Алене. Она щедро делилась энергией, помогала кормить, играла, сидела. Алена в свою очередь позволяла о себе заботиться, давая взамен то, что могла предложить – помощь в уборке, готовке, мытье посуды.
Однажды проходя мимо Дианы, убаюкивающей Алю, Катерина увидела, как тепло светиться ее белая кожа, как на длинных ресницах оседает пыль. Вокруг нее будто бы застыло время, чтобы не мешать ее покою. Лицо Дианы не выглядело человеческим. Оно было похоже на мраморную скульптуру – красивое, холодное и недоступное. Что-то что радует глаз, но не подвластно течению времени, не подвластно старости. Впервые Катерина осознала, что Диана - не человек.
В ночь перед экзаменом Катерине не спалось. Саня понимающе смотрел на нее, но это не помогало. Она покрутилась на одном боку, перевернулась. Но в голове один конспект сменялся другим, она продолжала проговаривать заученные фразы шепотом, чувствуя бесконечную усталость и тревогу.
Зло откинув одеяло, она пошла наверх. На кухне горел свет. За столом сидели Диана и Алена. Первая перемешивала что-то в стакане, а вторая читала потрепанную книгу, сонно протирая глаза. Обе выглядели мрачными и бледными. Увидев ее, Диана помахала ложкой приглашая присоединиться.
-Волнуешься?
Катерина кивнула, заглядывая в стакан.
-Кофейный напиток, - подсказала Диана. – Алена сказала, что это дрянь, но мне нравится.
-Я лучше чаю. А вы почему не спите?
-Аля только недавно успокоилась, - потянулась Алена, опуская голову на стол. – Ее плач у меня до сих пор в ушах. Как же это трудно!
-Еще лет 18 и полегче будет, - Диана шумно отпила из стакана, облизывая губы.
-Давайте о чем-нибудь другом, - Алена мотнула головой. – У меня и так все мысли о ребенке: как она спит? не нужно ли поменять пеленки? не поднимется ли у нее температура? не голодная ли она? а не холодно ли ей? ... Если еще секунду подумаю об этом, то точно разревусь. А я и так уже сегодня расплакалась перед Гришей, когда он спросил в порядке ли я. Вы бы видели, как он испугался!