Шум шагов на лестнице заставил ее вздрогнуть. Кто-то поднимался… как минимум два человека, она слышала два голоса, один из которых, едва различимый, принадлежал Фаго. Катрин устала от долгого ожидания, она страшилась того, что надвигалось на нее, ее убивало разочарование, которое она испытывала. Вероятно, это возвращался Гарен, чтобы снова пытать ее… Кто мог знать, какой ужасный замысел вызрел в этом больном мозгу? А вдруг он решил увезти ее в какую-то другую тюрьму, упрятать в подземную темницу без воздуха и света, где никто, даже Ландри, не сможет ее найти? У Катрин болело сердце и вырывалось из груди. Когда дверь открылась, она чуть было не закричала. В комнату вошли двое мужчин, у одного в руках был факел, у другого веревка. В человеке, который нес факел, Катрин с ужасом узнала Фаго. Другой был не Гарен, а второй сообщник ее похитителя, тот, которого она заметила в тележке рядом с Фаго. Они были на удивление похожи друг на друга. Но второй выглядел еще более отталкивающим, потому что то, что в Фаго было тупостью, идиотизмом, в этом втором тюремщике свидетельствовало о безмерной злобе. Он не был похож на идиота, в глазах у него горел огонек опасного коварства.
Насмешливо крутя в руке веревку, он подошел к Катрин и наклонился над ней.
– А вот и наша малышка! Говорят, ты плохо себя ведешь? Не хочешь немножко развлечь беднягу Фаго, такого хорошего парня?..
Фаго, стоявший с факелом в руках на безопасном расстоянии, злобно указал на молодую женщину.
– Нож!.. – только и сказал он.
Катрин увидела, что одно плечо у него перебинтовано. Но она не испытала никаких угрызений совести, она жалела только, что не ударила посильнее.
– Нож, вот как? – сказал второй бандит со зловещей мягкостью в голосе. – Ну что же, сейчас мы его у нее заберем!
И прежде чем Катрин смогла предупредить его движение, он схватился за цепь и рывком подтянул ее к себе. Катрин показалось, что у нее сейчас оторвется голова. Она закричала от боли, но это не произвело никакого впечатления на ее мучителя, он потянул еще сильнее, сдернув молодую женщину с соломы. Она покатилась по земле и выронила кинжал, который держала в руке.
– Подними-ка его, Фаго, – сказал мучитель Катрин. – Вот этот нож. Тебе больше нечего бояться. Черт возьми! Как жаль, что мне пришлось оставить тебя одного с этой мерзавкой! А между тем мэтр Гарен должен был бы знать, что ты ничего не сможешь сделать без твоего маленького братца. Но теперь он здесь, старина Пошар, и мы сейчас увидим, кто здесь будет приказывать. Сначала мы выясним, как эта красотка достала этот чудесный ножик… и эту замечательную кожаную куртку. Не сами же они здесь появились?.. И я почему-то думаю, что она нам сейчас все расскажет сама. Правда, милашка?
Он снова потянул за цепь, чуть не задушив несчастную Катрин.
– Вот видишь, – захихикал негодяй, – как она уже мила с нами? Мы обо всем договоримся. А сейчас, Фаго, разведи-ка огонь, он нам пригодится – вдруг придется поджарить ей ножки, если она не захочет говорить. И потом, здесь действительно несколько прохладно для меня, а вот мадам, наверное, жарко – она такая красная.
Вся кровь прилила к голове Катрин – Пошар наполовину задушил ее, приподнимая за ошейник. Внезапно он бросил ее на землю, но тут же схватил за запястья, чтобы связать их за спиной.
– Так нам не надо будет опасаться ее когтей! – нагло захохотал он. – Теперь дадим ей немножко подышать. Иди сюда, Фаго, брось на минутку свой огонь, это может подождать. Раз она тебе так нравится, эта девка, я доставлю тебе удовольствие. Я подержу ее, пока ты попользуешься в свое удовольствие. А уж если она так хороша, как ты говоришь, я буду вторым, если захочу. Погоди… сейчас я ее раздену.
Он собрался было разорвать жалкое платье Катрин, как вдруг хрип агонии заставил его подпрыгнуть на месте и вдохнул силы в Катрин. В тот момент, когда Фаго отступил от очага, Ландри упал на него сверху и, не мешкая, всадил ему кинжал между лопаток. Идиот повалился в очаг, упав лицом в пепел и выплюнув струю крови.