– Жаль! Я думала, что ты принесла новости о Феро.
Несмотря на угрожающие позы лучников, цыгане приближались к ним, чтобы получше слышать, о чем они говорят. Один из них крикнул:
– Феро – наш вождь! Говори, что с ним случилось, иначе…
– Помолчите! – обрезала Терейна с яростью. – Не угрожайте ей. Вы что, забыли, она – законная жена Феро?
– И что мои люди стреляют метко, – проворчал сержант. – Отойдите отсюда! С этой женщиной не должно ничего случиться, если только она не вздумает убежать. – Он уже вытаскивал свою шпагу.
Цыгане отступили, круг расширился.
– Я не знаю, где Феро, – сказала Катрин. – Вчера я его видела во дворе замка переодетым в крестьянина. Стража выбросила его за ворота.
– Он пошел в замок вчера вечером. Он знал, что в замке празднество, и, воспользовавшись этим, хотел подняться в башню. С собой он брал медведя. Медведь вернулся ночью раненный и один.
– Клянусь тебе, Терейна, я не знала, что Феро опять приходил в замок. Какая безумная идея!
Терейна опустила голову. Огромная слеза скатилась на ее красное платье.
– Он тебя так любит! Он хотел любой ценой забрать тебя. А теперь… Я хочу знать, что с ним случилось.
Заплаканные глаза юной цыганки тронули сердце грозного сержанта, он негромко спросил:
– Человек с медведем? Его застали, когда он лез по стене донжона в окно. Он защищался как черт, и его приняли за сумасшедшего. Произошла стычка, и медведь убежал.
– А Феро? Мой брат?
– Его бросили за решетку в ожидании приговора.
– Почему же приговора? – воскликнула Катрин. – Его взяли, когда он лез на башню. Но неужели это такое большое преступление, чтобы судить человека и выносить приговор? Разве нельзя было просто выбросить его за ворота?
Лицо сержанта нахмурилось, глаза стали жесткими.
– Он был вооружен и убил одного из наших стражников. За это и будут судить. А теперь, дочь моя, делай поскорее, что тебе нужно, и возвращаемся. Я не хотел бы задерживаться здесь.
Катрин ничего не ответила, отвела в сторону Терейну, разразившуюся рыданиями. Девушка, как и Катрин, понимала, что ожидает Феро. Если цыган убил, его повесят… или хуже.
Сама не желая того, Катрин тоже заплакала, подталкивая маленькую цыганку к повозке: то, о чем она хотела говорить, не должны были слышать другие. Солдаты пошли за ними и встали по обе стороны повозки. Терейна по-прежнему громко всхлипывала, а Катрин искала слова, способные ее утешить. Неминуемая гибель Феро и ей причиняла боль. Этот человек полюбил ее до безумия только за одну ночь, отданную ему против воли, и ради нее рисковал всем. Теперь он должен умереть за эту безрассудную любовь… Молчать больше было нельзя. Если она принесет желанный напиток, то, может быть, госпожа Ла Тремуй не откажет ей в просьбе помиловать цыгана. Однако действовать надо быстро.
Катрин взяла Терейну за плечи и слегка встряхнула.
– Послушай меня. Перестань плакать. Я вернусь в замок и попробую его спасти. Но ты должна мне дать то, ради чего я пришла сюда.
Терейна вытерла глаза и попыталась улыбнуться.
– Все, что у меня есть, принадлежит тебе, сестра моя. Зачем ты пришла?
– Мне нужен напиток, который ты мне дала выпить в ту ночь, когда… ты помнишь? В ту ночь, когда Феро позвал меня к себе. Научи меня секрету его приготовления, наша жизнь, возможно, зависит от этого лекарства. Я должна достать его любой ценой и как можно скорее. Можешь ли ты научить меня составлять его?
Девушка с удивлением посмотрела на нее.
– Я не знаю, для каких целей ты у меня его просишь, Чалан, но если ты говоришь, что человеческие жизни зависят от этого напитка, я не буду задавать тебе лишних вопросов. Знай только, что приготовление его требует много времени, а рецепт нельзя передавать. Чтобы составить напиток, кроме знаний, нужно и кое-что другое… что-то вроде дара, иначе он не будет достаточно сильным. Нужно произносить заклинания и…
– Тогда можешь ли приготовить небольшое количество? – нетерпеливо остановила ее Катрин. – Это очень срочно… очень серьезно!
– Много ли тебе надо? Ты хочешь испытать его на нескольких персонах?
– Нет, только на одном человеке.
– В таком случае у меня есть необходимое количество.
Терейна пробралась в глубь повозки, покопалась в ящике, прикрытом тряпьем, и вытащила небольшой флакон из обожженной глины, который вложила в руки Катрин, нежно сжимая пальцы своей подруги.
– Держи. Я его готовила для тебя… для твоей супружеской ночи. Он твой. Используй, как тебе надо. Я знаю, что ты применишь его в добрых целях.