Пересуды двух нищих привели ее в бешенство. Люди на улице только и говорили об Арно, на каждом углу слышно было его имя. Видимо, франкский узник вызывал большое любопытство и особый интерес. Значит, Зобейда и на самом деле сделала из него исключительную фигуру, почти легендарную. И, видно, охранялся он с особым пристрастием. Если эта проклятая принцесса увезет Арно в Африку, Катрин предстоит опять последовать за ним, пуститься в дорогу, терпеть опасности, тогда уже почти непреодолимые, потому что в таинственных городах страны, которую называли Магрибом, у нее не будет Абу-аль-Хайра. Любой ценой нужно помешать Зобейде отобрать у нее Арно…
На миг ей пришла в голову безумная мысль бежать прямо к врачу, но в этот час — она это знала — он уходил к своим больным. А стражницы очень скоро ее настигнут: до того, как она добежит до дома своего друга. Тогда она побежала к жилищу Фатимы и все так же бегом бросилась во внутренний двор, усаженный лимонными, гранатовыми деревьями и виноградом. Но на пороге колоннады, которая окружала внутренний сад, она остановилась: Фатима была дома, и не одна. Завернувшись в немыслимое одеяние из всех цветов радуги, закрутив курчавую голову покрывалом наподобие мужского тюрбана, толстая эфиопка прогуливалась вокруг розовой раковины-водоема в центре двора. Рядом с ней Катрин узнала ту самую старуху, хотя на этот раз парча, в которую она облачилась, была сумеречно-сиреневого цвета и вышита большими зелеными цветами.
Заметив, что Катрин, запыхавшись от бега, в смятении остановилась у края сада, Фатима поняла, что произошло что-то важное, и, оставив свою гостью, поспешно подошла к молодой женщине:
— Ну, что случилось? Что с тобой? Где служанки?
— Они идут за мной. Я пришла попрощаться с тобой, Фатима, попрощаться и поблагодарить тебя. Я должна вернуться к моему… хозяину.
— Насколько мне известно, он за тобой не приходил. Ты что, с ним повстречалась? — произнесла негритянка с большим сомнением в голосе.
— Нет… Но я должна вернуться к нему как можно быстрее…
— Вот ты как заспешила? Но Абу нет дома. Его вызвали в Алькасар Хениль. Султанша поранилась, принимая ванну.
— Так что же… Он найдет меня дома, когда вернется, вот и все! Для него это будет приятной неожиданностью…
— А для тебя? Ночь, которая тебя там ждет, тоже будет для тебя приятной неожиданностью?
Большие глаза негритянки ловили нетвердый взгляд Катрин, смотрели на выражение ее покрасневшего лица.
— Чуть раньше, чуть позже… — прошептала молодая женщина, делая неопределенный жест.
— Я думала, — медленно сказала Фатима, — что ты больше всего хотела попасть в Аль Хамру…
При этих словах сердце Катрин замерло, но она заставила себя улыбнуться.
— Что толку мечтать? Кто может похвастаться, что осуществит такие мечты?
— Слушай меня, и твоя мечта осуществится без промедления. Пойдем со мной.
Она взяла Катрин за руку, увлекая ее за собой, но, охваченная внезапным недоверием, молодая женщина стала сопротивляться:
— Куда ты меня ведешь?
— Веду к той женщине, которую ты видишь у воды… и к Аль Хамре, если ты хочешь все еще туда попасть. Эта старая женщина — Морайма. Ее все знают у нас, за ней бегают, потому что она управляет гаремом нашего властелина. Она приметила тебя в тот день, помнишь? И теперь пришла именно из-за тебя. Иди за ней, и вместо маленького врача ты будешь принадлежать калифу…
— Калифу? — спросила Катрин слабым голосом. — Ты предлагаешь мне войти в гарем?
Обомлев, она собиралась отказаться от этого предложения, но слова Абу-аль-Хайра пришли ей на память: «Комнаты Зобейды — это часть гарема». И еще одна фраза: «Мессир Арно живет в саду Зобейды, в отдельном павильоне…» Попасть в гарем — значит приблизиться к Арно. Катрин не могла мечтать о лучшем случае. Но, если она только подойдет к узнику Зобейды, если осмелится с ним заговорить, ее отдадут монгольскому палачу принцессы. Однако она мужественно преодолела страх. Столько раз она смотрела в глаза пытке и смерти! Гранадские палачи, наверное, не хуже тех, в Амбуазе. И потом, как только Арно ее узнает, их уже будет двое, и им будет легче бороться… или умереть, если так случится. Всей душой Катрин призывала именно такую смерть вдвоем, если только такою ценой придется заплатить за то, чтобы навсегда остаться вместе с супругом. Лучше было сто раз умереть вместе с ним, чем оставить его этой принцессе…
И Катрин решилась. Она подняла голову, встретилась с озабоченным взглядом Фатимы и улыбнулась ей.