— Он их не любит, но Гонне он послушает. Бастард не такой дурак, чтобы притворяться святым и играть в добродетель. Для начала он просто примет участие в сражении. Это ему ничего не стоит, он храбр. Но он без труда заручится вниманием мессира Арно, когда скажет ему, что его отец, этот старый бандит, и его братья осаждают Монсальви…
— Что? Он хочет предупредить его?
— Конечно же. Поймите, госпожа Катрин. Гонне явится в лагерь коннетабля, пылая притворным гневом: его отец, братья набросились на Монсальви, такой лакомый кусок, а с ним делиться не захотели. Его прогнали, избили, даже ранили, ведь он непременно похвастается своей раной, якобы полученной в драке с одним из братьев. Он горит желанием отомстить за себя. И вот он сбежал, чтобы предупредить законного владельца и в благодарность за оказываемую ему услугу в его лице приобрести ценного союзника. Это решение мессиру Арно покажется вполне естественным для Гонне д'Апшье…
Жерве больше не требовалось заставлять говорить. Подталкиваемый надеждой, что госпожа де Монсальви из чувства признательности согласится все-таки сохранить ему жизнь, он не скупился на детали и объяснения.
Катрин слушала с расширенными от ужаса зрачками. Несмотря на сжигающую ее лихорадку, она чувствовала в жилах леденящий холод, так как только теперь увидела черную отвратительную пропасть, разверзшуюся под ее ногами и ногами ее супруга, хотя и не могла еще измерить ее глубину. Впрочем, на ее людей рассказ Жерве произвел тоже ошеломляющее впечатление. Наконец, Николя Барраль задал следующий вопрос:
— На что надеется бастард, сказав мессиру Арно о том, что здесь происходит?
— Что он покинет армию, чтобы вернуться сюда. Гонне, конечно, последует за ним, чтобы» насладиться местью «. И вот когда с ним не будет всех его капитанов, солдат, тогда на пути домой, на опасных дорогах…
— Если он вернется, он вернется не один, представляю себе! — вскричал Кудерк. — С ним не будет его доблестных друзей и войска коннетабля, но на этих» опасных дорогах»у него будут его рыцари и наши молодцы, которые не откажутся задать хорошую трепку одному из Апшье, настоящему или фальшивому. Ты думаешь, они дадут твоему Гонне его спокойно убить?
— Гонне повез с собой яд… яд, который действует не очень быстро и не меняет вкуса вина. Во время вечерней остановки, когда рыцари осушают не одну флягу, чтобы снять усталость после дороги, бастард без особого труда сможет дать его мессиру Арно и потом спокойно успеет исчезнуть.
Гневный ропот раздался в нижнем зале, но он был только эхом тревожного крика Катрин.
Одним движением несколько человек бросились на Жерве, чтобы задушить его. Аббат едва успел встать между ними и пленником, чтобы не дать его убить на месте.
— Успокойтесь! — приказал он. — Этот человек еще не кончил говорить. Ну-ка, расступитесь! Не надо ему мешать. Скажи мне, Жерве, — обратился он к парню, прячущемуся за его черной одеждой. — Если у Гонне д'Апшье имеется в распоряжении такой сильный и такого медленного действия яд, почему бы не использовать его сразу, как только он найдет мессира Арно? Из Парижа он успеет — Конечно, ваше преподобие! Но то, чего добивается Гонне д'Апшье, это не только смерть мессира Арно… а и лишение прав.
— Что?
— Если сеньор Монсальви бросит осаду Парижа, покинет армию, чтобы вернуться домой, как к нему отнесутся его пэры? Я не знаю, как Гонне все это устроит, но проследит за тем, чтобы отъезд имел вид бегства… или измены. «Всегда можно, — сказал он, — оставить компрометирующий след, и я постараюсь не упустить подходящего случая». А так как мессир Арно вскоре совсем исчезнет, Беро д'Апшье не составит труда заполучить в свою полную собственность и законным путем наследство изменника. Королю Карлу VII не впервой наказывать дом Монсальви.
На этот раз не было ни гневных восклицаний, ни комментариев. Отвращение и всеобщее презрение заставило всех онеметь.
Но Катрин встала и гордым взглядом обвела всех присутствующих. «
— Тогда нам нечего бояться! У монсеньора слишком велико чувство долга и… доверие ко всем нам, его вассалам, ко мне, его жене, чтобы дезертировать с поля боя, перед лицом врага только для того, чтобы примчаться нам на помощь. Даже если он узнает, что Монсальви в огне, он не покинет армию, пока кампания не будет завершена, а в этот раз тем более, так как речь идет о Париже, главном городе королевства, который надо, наконец, вырвать у англичан и вернуть нашему королю! Твой Гонне потеряет время, — добавила она, поворачиваясь к Жерве, — сеньор Монсальви не покинет армию, не дезертирует даже ради нашего спасения. Самое большее, он пошлет с разрешения коннетабля какую-то часть своего личного войска.