Он направился к узкому отверстию, проделанному в одном из столбов. Это была маленькая дверка, чья створка оставалась открытой, оттуда и доносились глухие звуки.
– А где же источник? – спросила она. – Я его не вижу!
– Там, – ответил аббат, указывая ей на узкое зарешеченное отверстие под лестницей. – Если вы приблизитесь к этому отверстию, то увидите, как почти у самых ваших глаз заблестит вода.
И аббат устремился в проем. Здесь начинался подземный ход, который плавно поднимался к поверхности. Шум струящейся воды стал громче, как если бы ручей бежал сразу за стеной слева. Время от времени сланцы образовывали низкую плоскую ступеньку, и так было по всему коридору, вдоль которого кое-где виднелись груды щебня.
Вдруг вспыхнул желтый свет от двух факелов, закрепленных в стене. Катрин увидела двух монахов, которые, засучив рукава и вооружившись кирками и лопатами, с силой долбили горную породу, расчищая заваленный подземный ход. С помощью тележки они постепенно разбирали завал и насыпали новые и новые горы щебня и камней. На этот раз аббат уже не услышал вопроса от своей спутницы. Он остановился и, указывая на трудившихся людей, пояснил:
– Этот подземный ход связывал раньше аббатство со старым замком Монсальви в Пюи-де-л'Арбр. Он открывался под часовней с помощью механизма, похожего на те, что управляют плитой в монастыре и дверью в столбе. Но когда четыре года назад королевские войска разрушили и сожгли замок, часть подземного хода была завалена. Мои братья, как вы видите, заняты тем, что открывают его снова. И именно отсюда вы, я надеюсь, в очень скором времени покинете город, так как мы уже почти приблизились к выходу. Может быть, следующей ночью… Надо это сделать очень быстро.
Катрин в полном молчании смотрела на людей, занятых нелегкой работой. Один из них был брат Анфим, казначей монастыря, которого она хорошо знала. Другим был брат Жозеф – без сомнения, самый сильный и добрый из всех монахов. Он был глухонемым.
– Брат Жозеф, – прошептала она. – Вы выбрали его из-за его недуга? Из-за секрета?
– Да. Что касается брата Анфима, он станет моим преемником, если Бог дарует ему жизнь, главой аббатства. Ему я могу открыть тайну. К тому же он из того рода святых мучеников, которые даже под пытками никогда не говорят.
Молодая женщина кивнула.
– Я понимаю! – сказала она. – И все же одна вещь меня беспокоит. Лагерь Апшье расположен между стенами города и руинами Пюи-де-л'Арбр. Вы уверены, что мы не привлечем внимания осаждающих, когда выберемся на поверхность? Один стук заступов и тот может быть услышан…
– Нет. Мы находимся слишком глубоко. А что касается выхода на поверхность, то так далеко мы не зайдем: это было бы слишком долго и опасно. На высоте шестой ступеньки открывается скалистый коридор. Когда-то его прорезал ручей, который снабжает колодец и который все еще течет на глубине. По этому коридору можно подняться до хорошо замаскированного грота в том месте, где ручей вырывается на поверхность из глубин земли. Вы выйдете из этого грота, не будучи замеченной врагом. Вас проводит брат Анфим. С ним вы пройдете вдоль Гуля, потом вдоль долины Эмбен доберетесь до Карлата. Конечно, вам придется долго идти, дорога будет трудной – восемь лье по вьючной тропе, – но я уверен, что вас это не пугает. Теперь вы поняли?
– Да, отец, поняла… и я никогда не смогу вас в достаточной степени отблагодарить, – добавила она, подарив ему улыбку. – Со своей стороны я вас не разочарую: надеюсь, мне удастся привести помощь.
– О! Я уверен в этом! А теперь нам пора возвращаться. Пора подумать об отдыхе. Вам понадобятся силы…
Не говоря больше ни слова, они пустились в обратный путь. Плита на галерее открылась как по волшебству под рукой священника и так же закрылась, не издав ни малейшего звука.
Солнце, заливавшее всю территорию монастыря и блестевшее на сером шифере крыш, бросилось им в лицо, как ручной пес.
Катрин была полностью во власти тайны. Когда они оказались во внешнем дворе, она спросила:
– Когда я смогу отправиться, отец мой? Этой ночью?
– Лучше следующей. Надо, чтобы брат Анфим закончил свою работу и разведал дорогу. После вас, если опасность взятия города возрастет, я попытаюсь отправить женщин, во всяком случае тех, кто согласится, и детей. Мне достаточно будет замаскировать часовню. Мы возьмемся за это дело, когда подземный ход снова будет открыт.
– Ждать еще целую ночь и целый день? Отец, вспомните, что Гонне продолжает свой путь…