Теперь уже была ночь; под деревьями и в лесной чаще слышался гул, и первые вспышки пожара краснели на излучине реки.
– Мы не сможем проехать, – заявил Готье, увлекая Катрин к тому месту, где она привязала лошадей. – Надо спрятать животных, спрятаться самим и переждать. Когда они все сожгут… они, конечно, уйдут в другое место.
Замаскировав лошадей в чаще, они спрятались в соседней лесосеке.
Приближалась гроза. Огромные бледные вспышки простреливали небо, которое грохотало почти без перерыва, но еще не упало ни одной капли.
– Только бы пошел дождь! – пробормотал Готье. – Появилась бы надежда, что он потушит огонь. Ветер его несет как раз на нас. Он преграждает нам дорогу, по которой мы могли бы обогнуть деревню. С другой стороны река, а она кажется мне быстрой и опасной.
– Лучше утонуть, чем попасть в руки этим людям, – возразил Беранже.
Катрин ничего не говорила. Сквозь деревья она видела, как двигаются вдалеке беспокойные тени, но с каждой минутой голоса людей, крики и проклятия слышались все явственней.
– Кто-то, должно быть, убежал, – предположила Катрин. – Послушайте! Его преследуют… Боже мой! Они приближаются. Надо идти, или мы окажемся в кольце! С Божьей помощью!
Они неслышно двинулись вдоль реки, потом осторожно спустили лошадей в реку. Животные плыли вверх по реке, борясь с течением.
Раскаты грома следовали один за другим, а грохот, доносившийся из захваченной деревни, перекрывал тот шум, который они производили при плавании.
Наконец копыта лошадей коснулись дна реки.
– Мы не попали во вспышки света, – сказал Готье с удовлетворением. – Это удача и…
Он не закончил фразу. Внезапно луг, поднимавшийся над отмелью, и заросли как будто вспыхнули. Группа людей, некоторые из которых держали факелы, отделилась от высокого леса, направляясь к укрепленной ферме, которая стояла на вершине холма и которую Катрин увидела слишком поздно. Но в одно мгновение путешественники оказались на свету.
– Эй! – крикнул один из разбойников. – Вы только посмотрите, что там в реке!
С дикими воплями они стали спускаться по лугу вниз.
– Мы погибли! – простонала Катрин.
– Если эти люди на стороне короля Карла, у нас, может быть, есть шанс, – крикнул Готье. – Ворон ворону глаз не выклюет!
– Живодеры не служат никому, а только самим себе!
Они пытались направить лошадей в реку, но было уже поздно.
Не прекращая испускать дикие вопли, несколько мужчин уже вошли в реку и успели схватить лошадей за поводья. Юноши обнажили оружие, отчаянно пытаясь защищаться, но их усилия были напрасны. В мгновение ока все трое были брошены на прибрежный песок.
– Славная добыча! – вскричал один из нападавших. – Важные птицы и, наверное, богатые люди! Торговцы, конечно…
– Торговцы! – прорычал Готье, неистово вырывавшийся. – У нас что же, вид торговцев? Мы дворяне, подонок, а наш друг…
Он замолчал. Тот, кто казался главным, встал на колени перед Катрин, которая ударилась головой о пень, когда ее швырнули на землю, и лежала неподвижно, оглушенная. Он грубо сорвал черный капюшон, который покрывал голову молодой женщины. Показались золотые косы, казавшиеся почти рыжими в свете факелов.
– Смотри-ка! Смотри-ка!.. – проговорил он. – Какой приятный сюрприз!
Чтобы удостовериться, он вытащил кинжал и быстрым жестом рассек шнурки, которые завязывали плащ молодой женщины. Взорам мужчин предстали полоски ткани, которыми она стягивала грудь. Лезвие кинжала разрезало их в одну секунду, и совершенное доказательство женского пола пленницы развернулось перед глазами воров.
Их глава восхищенно присвистнул.
– Давайте до конца очистим скорлупку с этого лакомого ядрышка. Это в самом деле женщина, ребята. И из самых приятных…
– Бандиты! Дикари! – ревел Готье, задыхаясь. – Это не женщина, это дама! Знатная дама, и если вы только осмелитесь до нее дотронуться…
Пунцовый от бессильной ярости, он извивался в веревках и задыхался. Тем временем их командир, намеревавшийся раздеть Катрин, раздраженно пожал плечами.
– Заткните этого крикуна! Он мне мешает думать… Ну-ка скажите, ребята, если мне не изменяет память, никто до сих пор не запрещал нам иметь дело с благородными дамами, насколько я знаю? Главное – это узнать, откуда они? Давай, курочка! Просыпаемся!