Ребята почти торжественно прошли в полупустую воинскую кассу и под завидные взгляды пассажиров остановились, оглядываясь вокруг.
– Так. – Протянул Дымов. – Значит, нам всем на Новосибирск. – Оглядывая всех, уточнил он. – Итак, вы пока подождите, а мы с Борькой в кассе узнаем есть ли билеты. – Ставя чемодан, кивнул он Борьке Савину.
Ребята быстрым шагом и видной солдатской выправкой поспешили к воинской кассе, заставляя повернуть головы стоящих в общей очереди гражданских пассажиров.
– А что, очень страшно воевать с немцами? – смущенно спросила Таня с рыжей шевелюрой на голове.
Все ребята дружно, как по команде, заржали на весь Казанский вокзал, держась за животы.
– Да нет, что ты, Татьяна! Даже совсем не страшно. – Изнемогая от хохота, попытался ответить Мишка Мачехин.
– Да ты не волнуйся, война давно закончилась. И мы немцев победили еще в 1945 году. А мы служили срочную службу и охраняли Ваш покой, чтобы вы мирно спали, учились и работали. – Уже успокоившись, продолжал Михаил.
– Ага! – подозрительно перебила его рыжая. – А чего же тогда у вас у всех столько орденов? – с детским недоумением и полной серьезностью спросила она.
– Извините, Танечка! – вмешался в разговор Юрка Зелин. – Это не ордена. Это воинские значки, которые мы действительно заслужили за два года.
– Да, да! – с визгом крикнула Таня с родинкой. – Они Вам так всем к лицу, Вы такие красивые, что всех расцеловать хочется! – она с восторгом захлопала в ладоши.
Шум хлопков и заразительного визга девушки разлетелся под своды купола билетной кассы Казанского вокзала. Ребята обернулись и увидели, что все пассажиры вместе с кассирами смотрят в их сторону и улыбаются. Ребята застыли в оцепенении не понимая, почему им уделяется столько внимания.
Обстановку разрядил подошедший наряд милиции.
– Здравия желаю, капитан милиции Веселков! – милиционер козырнул правой рукой под висок и попросил предъявить документы.
Ребята автоматически вытянулись в ровные струны и молниеносно, как по команде, отдали воинскую честь, одновременно поздоровавшись со старшим по званию.
– Ну что, солдатики? – иронично начал проверять документы капитан. – Чего так шумим в общественном месте? Откуда и куда следуем? – взяв первый военный билет и проездные документы Сереги Ларина, медленно перелистывая их, протяжно на высоком тоне и противным голосом, поправляя за козырек засаленную форменную фуражку, пропел милиционер.
Ребята быстро обступили милицейский наряд, и, взяв в плотное кольцо, зашумели как бабы на базаре.
– Товарищ капитан! – протяжно, как запевала роты, вытянул долговязый Мишка Мачехин. Да мы на «дембель» едем в Сибирь из Германии. У нас все в порядке с документами. Сейчас билеты возьмем, в вагон и ту-ту, прощай Москва! – улыбаясь продолжал Мишка.
– Разберемся! – с прищуром продолжал листать проездные документы капитан.
А если надо, то в раз в участок, а там и ваших военных пригласим. Небось знаете, что такое воинский патруль из комендатуры. Там в раз поснимают всю Вашу «бюжютерию». – Как-то по «ехидному», захихикал капитан. А пока встаньте-ка в рядок, служивые. А мы разберемся. – Капитан кивнул на своего помощника сержанта.
Сержант наряда милиции быстро занял боевую позицию справа, и положил правую руку на кобуру табельного пистолета.
– Что случилось? В чем дело, товарищ капитан? – как вороны налетели Димка Дымов и Борька Савин.
– Мы все вмести следуем из одной части, группы Советских Войск из Германии, по демобилизации к месту жительства в Сибирь, а точнее в Новосибирск. – Отчеканил как на параде Дымов.
Димка еще совсем недавно, а точнее пять месяцев назад, за отличную боевую и политическую подготовку был награжден Почетной грамотой от Командования группировки войск и ценным подарком в виде карманных часов немецкого производства, под названием «Ruchla», самим Начальником штаба второй танковой Армии, генералом Слямовым. А самое главное, ему – Димке Дымову, простому мальчишке из Сибирской Алтайской деревни Верх-Катунское, за проявленную смекалку на боевых учениях, дали десятидневный отпуск с выездом на Родину, не считая дороги. Вот тогда-то Димка и узнал огромные просторы и Величие Советского Союза, проехав на поезде от самого Берлина до глубокой Сибири. Он раньше кроме тайги и малых Сибирских городков ничего и не видел. Отец Димки был геологом, и они всей семьей постоянно переезжали куда-то дальше и дальше, по необжитым и глухим местам. А здесь весь мир сразу раскинулся перед Димкиными глазами. И ему, порой, не хватало дыхания и даже самого тела, чтобы вместить в своем сознании все увиденное из окон следующего поезда, огромных полей и рек, лесов и гор, малых деревень и необъятных городов с изумительными перронами и вокзалами, где тысячи и тысячи куда-то бегущих людей, таких же, как и сам Димка. Но это уже было не кино в сельском клубе, это была настоящая и живая правда. Да, именно тогда Димка стал на целую жизнь взрослее. В свои девятнадцать лет он полностью понял и осознал, что он является частью всей этой невероятной жизненной круговерти. Что без него не может вообще быть никакой жизни на Земле. И он радовался этому бытию, бескрайне и по-настоящему.