– Граф Авенский, позвольте представить вам мою дочь Клариссу, – произнес отец, а я вздрогнула под внимательным взглядом Крита Люциуса. Глаза у него были серыми, очень светлыми, почти прозрачными, словно ледяная вода. Он смотрел на меня оценивающе, но с явно читающимся презрением. Тем не менее, вежливо произнес:
– Рад встрече, прекрасная Кларисса, – и склонился в поцелуе к моей руке.
Почувствовав его губы на запястье, лишь усилием воли смогла не отдернуть руку, настолько прикосновение показалось обжигающим. Крит Люциус поднял голову, посмотрел на меня и улыбнулся, я же смогла взять себя в руки и ответить:
– Благодарю, милорд. Я тоже очень рада знакомству.
Граф перевел взгляд на моих мужей. Те стояли с каменными выражениями лиц и буравили графа неприязненными взглядами. «Прекратите так смотреть на него», – мысленно прошипела мужьям, и они немного расслабились, а отец перешел к их представлению.
– Это Джевс Скайлер и Иркан Сорс, они обучаются вместе с моей дочерью в Академии магии.
Мы решили пока не афишировать наше супружество перед главой тайной канцелярии, ведь не ясно, получится ли разорвать возможные брачные узы или нет, и лишней информации такому опасному демону давать не хотелось.
– Рад приветствовать сына вожака Северного клана оборотней и наследника вождя Степных орков, – по очереди кивнул мужчинам демон и получил такие же кивки в ответ.
– А сейчас прошу в столовую, ужин подан, – пригласил всех отец, подавая мне руку.
Ужин для меня прошел довольно напряженно. Крит Люциус ни разу не обратился ко мне, общался лишь с отцом и моими мужьями, но я постоянно чувствовала его липкий и противный взгляд, под которым ощущала себя голой. По окончании ужина Никос пригласил графа Авенского в свой кабинет и тот, кивнув моим мужьям и вновь поцеловав мне руку, отправился вслед за отцом. А мы же поспешили в мою комнату, где еще накануне был установлен артефакт, парный тому, что был в кабинете отца, и позволяющий видеть и слышать все там происходящее.
В комнате я капнула кровью на матовый кристалл подслушивающего артефакта, и перед нами появилась объемная полупрозрачная картинка кабинета отца. Никос и Крит Люциус расположились в креслах напротив друг друга и потягивали коньяк.
– ... думаю подходит, – услышали окончание произнесенной графом фразы.
– Со всем уважением, граф, но принимать решение о замужестве дочери я могу только опираясь на ее мнение, – ответил отец.
– И кого интересует мнение женщины? Думаю, мы сможем договориться. Кстати, а что около нее делают оборотень и орк?
– Я могу вам это объяснить только в том случае, если вы готовы принести клятву о неразглашении.
Мы с мужьями увидели, как глаза графа стали совершенно черными, а вокруг них с отцом заметно потемнело. Крит Люциус сверлили Никоса гневным взглядом, но тот, хоть и заметно побледнел, но молча стоял на своем.
– Ну что ж, я принесу клятву, – напряженно произнес граф, – но молите богов, чтобы эта информация никак не повредила его величеству или мне.
– Нет, это касается личных взаимоотношений моей дочери, и государственных дел не затрагивает.
Крит Люциус кивнул, порезал ладонь извлеченным из ножен на поясе кинжалом и произнес несколько слов на древнем языке демонов. Капли крови сорвались с его руки, но, вспыхнув, исчезли, не достигнув пола.
– Рядом с моей дочерью сегодня на ужине находились ее мужья, – постарался спокойно произнести отец, но сжатые в кулак руки с побелевшими костяшками пальцев выдавали его нервное напряжение.
– Что-о-о?! Мужья?! И вы, маркиз, смеете мне предлагать в жены свою дочь? – вскинулся граф.
– Со всем уважением, ваша светлость, но прямого брачного предложения я не делал, – все также напряженно сжимая кулаки, произнес отец.
– Но зачем тогда вы пригласили меня на ужин с вашей дочерью? Или надеялись на мое какое-то особое покровительство? – язвительно произнес граф. – Не скрою, ваша дочь хороша, и я почувствовал в ней довольно большую магическую силу, но вокруг немало красивых женщин, и зачем мне нужна жена с довеском? А впрочем... Я приглашаю вас, Никос, вместе с дочерью и ее мужьями на музыкальный вечер, который состоится в моем замке через два дня.
После этой фразы граф поднялся, коротко кивнул отцу, резко развернулся и покинул кабинет, а мы с мужьями деактивировали кристалл и поспешили на встречу с Никосом.
Он все еще находился в своем кабинете, был бледен и хмурил брови.
– Все видели и слышали? – поинтересовался у меня и, после моего кивка, продолжил: – Мне все это очень не нравится. Кажется, он что-то задумал.