— Кейт, — Джули вздохнула. — Что сказал твой муж? По поводу развода.
— Он не сказал, — Катя затравленно посмотрела на женщину. — Я звонила. Он не отвечает мне. Очень, — Катя хотела сказать «совсем», но забыла слово. — Джули, это плохо. Так плохо делать. Я его жена. Он мой муж. Я люблю Дэна. И Дэн любит я… меня, — поправилась она.
— Я не знаю что тебе сказать, Кейт, — покачала головой женщина. — Мне жаль.
— Спасибо, — кивнула Катя. — Я работа. Я…, — она зажмурилась, ругая себя за тупость, элементарная же фраза «Мне надо работать», а она сказать не может.
— Работай, — кивнула Джули и пошла проверять других сотрудников.
С работы Кейт отпросилась на часок пораньше и поспешила к банку, где работал Дэн. Внутрь ее не пустили, у охраны было специальное предупреждение и Катя решила во что бы то ни стало дождаться Дэна у входа. Но, когда рабочий день закончился, он не вышел.
— Все уже ушли, — сообщил девушке уборщик индиец.
— Совсем все?
— Да.
— Тут есть второй вход?
— И не один, — подтвердил уборщик.
— Спасибо, — Катя опустила голову.
Она не могла поверить что все что происходит правда, но отрицать это было уже невозможно. Сначала документы на развод, потом вещи у двери и сменённые замки в их квартире. Дэн так и не перезвонил и ни разу не взял трубку, хотя Катя и сегодня позвонила раз двадцать, не меньше. И вот теперь это. Он ее избегает.
— Черта с два, — девушка сжала зубы и подняла руку чтобы поймать такси, но потом передумала и побежала к метро.
В окнах их квартиры горел свет, значит Дэн дома. И он с ней поговорит. Катя решительно поднялась на свой этаж и нажала кнопку звонка. Она слышала шаги за дверь, видела что Дэн смотрит в глазок, но дверь открывать он почему-то не спешил.
— Дэн, открой, — попросила Кейт. — Нам надо поговорить.
— Уходи, — раздалось из-за двери. — Подпиши документы и уходи.
— Почему? — закричала Кейт. — Открой. Мы говорить. Так плохо. Я люблю тебя. Я хочу знать что случилось.
— Уходи, — снова повтори Дэн через дверь и отошел в глубь квартиры.
— Открой, — Катя затарабанила в дверь кулаком. — Открой, — она стучала все громче и чаще. — Я не уйду. Открывай.
На шум стали выглядывать соседи, некоторые тут же скрывались, кто-то пытался просить не шуметь, но Катя не слушала, она все стучалась и стучала, требуя чтобы ей открыли. Стучалась она долго, до тех пор пока не приехала полиция.
— Мэм, отойдите от двери, — попросил полицейский.
— Это мой дом. Это мой муж, — покачала головой Катя. — Дэн, открой, — снова забилась она в дверь. — Тут полиция. Открой мне.
— Мэм, — повторил полицейский. — Вы очень шумите. Перестаньте стучать и кричать. Пройдемте с нами, — он взял Кейт за локоть, но та вырвалась. — Дэн, — снова отчаянно закричала она.
Полицейские переглянулись и теперь схватили девушку вдвоем.
— Так нельзя. Так плохо, — Катя плакала, но уже не вырывалась. — Я тут живу. Я жена. Это мой дом. Пожалуйста.
— Мэм, ваш муж не хочет вас видеть, — полицейскому было жаль девушку. — Это он вызывал полицию.
— Дэн? — не поверила Катя. — Нет.
Коллега полицейского осуждающе покачал головой.
— Я жена Дэна, — повторила Катя. — Плохо звонить в полицию. Нехорошо. Я жена.
— Бывшая жена, — поправил второй полицейский.
— Нет, я не бывшая, — возразила Катя. — Я настоящая.
Полицейский участок оказался недалеко, и доехали быстро. Девушку заперли в обезьяннике. Она была там не одна, но разговаривать с сокамерниками желания не было совсем, Катя села на самую дальнюю свободную лавку и закрыла глаза. Она поняла что ужасно устала. Да и вообще все было ужасно. Кошмарный сон продолжался. Сначала развод, а вот теперь и полиция. А ей даже позвонить не кому, чтобы использовать свое право на звонок. У нее ведь никого кроме Дэна нет. А Дэн, если верить полиции, сам ее сюда и засадил. Нет, это просто недоразумение.
— Екатерина Уолкер, — крикнул полицейский, открывший дверь камеры.
Катя встала и послушно пошла за офицером. Ее привели к капитану участка.
— Миссис Уолкер, — капитаном участка был немолодой усталый мужчина с щеками как у бульдога. — У вас до сих пор не было никаких правонарушений, и я готов отпустить вас с предупреждением, если вы пообещаете что больше не будете преследовать бывшего мужа.
— Преследовать? — такого слова по-английски Катя не знала.
— Стучать и кричать, — пришел на помощь молодой темноволосый офицер, приведший девушку. Тут же были и те два офицера что привезли Катю в отделение.
— Я хотела поговорить, — пояснила Катя. — Мне надо.
— Мисс Уолкер, — капитан вздохнул. — Это называется преследование. Это преступление.
Катя не понимала.
— Это плохо, — пояснил черноволосый. — За это сажают в тюрьму, — он показал решетку из четырех скрещенных пальцев.
— За говорить? — удивилась Кейт.
— Мистер Уолкер не хочет с вами говорить, — капитан очень старался быть терпеливым, но кто бы знал как его раздражали приезжие, не знающие языка.
— Почему? Я его жена.
— Бывшая жена, — поправил капитан.
— Нет, — возразила Катя. — Я настоящая жена. Вчера курьер принес письмо, а там письмо о разводе. Так плохо. Я хочу поговорить. Я люблю Дэна. Почему развод?
— Он прислал документы по почте? — удивился черноволосый. — Вот мудак.
— Кортес, — осадил подчиненного капитан.
— В Америке так хорошо? — спросила Катя у чернявого. — Жить, любить, а потом не говорить и вызывать полицию. Я звоню. Я хочу говорить. Почему? Я люблю его.
— Значит он вас больше не любит, — капитан вздохнул. — Не надо больше ходить к мистеру Уолкеру, понимаете?
— Нет, — покачала головой Катя. — Я его жена. Я хочу знать что случилось. Почему развод? Что я сделала?
— Миссис Уолкер, — обратился к девушке черноволосый полицейский. — Ваш муж плохой человек, — он старался использовать наиболее простые слова и говорить медленно, чтобы его поняли.
— Нет, Дэн хороший, — возразила Катя.
— Плохой, — настойчиво повторил Кортес. — Он больше не любит вас. Мне жаль. Но вам нельзя ходить к нему и шуметь. Если вас привезут в полицию еще раз, вы попадете в тюрьму, — для убедительности он опять скрестил пальцы, изображая решетку. — Вы хотите в тюрьму?
— Нет, — Катя его поняла. — Не хочу.
— Хорошо, — Кортес удовлетворенно кивнул. — Поэтому, не надо ходить к мужу домой. Понимаете?
— Но это мой дом, — растерянно сказала Катя. — И мой муж. Почему?
— Это бесполезно, — покачал головой капитан. — Она не поймет.
— Нет, я понимаю. Я плохо говорю по-английски, но я много понимаю. Что я сделала плохо? Почему Дэн развод?
— Я не знаю, — устало ответил капитан. — Это ваш муж.
— Я не знаю тоже, — развела руками Катя. — Я хотеть говорить с Дэн. Но он закрыл дверь и полиция приехала.
— Он не хочет с вами говорить, — снова вмешался Кортес. — Он трус.
— Что такое трус? Я не знаю слова, — Кате было очень неловко, без своего переводчика она чувствовала себя как без рук.
— Он плохой человек, — пояснил полицейский. — Хороший человек говорит жене что больше не любит ее, прежде чем выгнать.
— Миссис Уолкер, я могу отпустить вас или вы опять пойдете преследовать мужа? — спросил капитан.
Катя непонимающе посмотрела на мужчину.
— Если вы не будете ходить к мужу домой, мы вас отпустим, — понятнее сказал Кортес. — Вы не будете?
— Но я хочу знать почему?
— К мужу ходить нельзя, — строго пояснил полицейский. — Иначе, — он изобразил из пальцев решетку. — Понятно?
— Да, — кивнула Катя. — Я не буду. Правда.
— Вот и хорошо, — капитан облегченно выдохнул. — Отпустите ее. Все, идите все вон, — он замахал руками на дверь.
— Пойдем, — Кортес взял Катю за локоть и вывел из кабинета. — Вот ваши вещи, — он сам забрал ремень, кошелек, телефон и электронный переводчик Кати и отдал их девушке.