В Нижний еду с Димой – гендиректором конторы, в которой работает моя мама. Дима сам из Нижнего, и семья у него там – в Пензе он лишь по работе. Так и катается туда-обратно каждую неделю.
[Дима]: вообще дичь какая-то с транспортом: вроде бы соседние города, но отрезаны друг от друга напрочь. Поезда ходят редко, долго и расписание неудобное. Самолеты вроде летали, да перестали летать. Проще самому доехать: 5 часов – и ты дома.
Несмотря на явную разницу между поколениями и социальным статусом, мы с Димой отлично ладим. Дима – человек приземленный, жизненный опыт у него интересный, ему со мной клево.
– [Дима]: Татьяна Владимировна (моя мама) говорила, что ты любишь путешествовать, да?
– [Я]: Слушай, ну да, я и в Штатах пожил, и в Индии побывал, месяц назад вот с Прибалтики вернулся
– [Дима]: Здорово! Интересно вы живете, молодежь. Помню я себя в твоем возрасте, году в 95-м, рвался ехать в Чечню на фронт. Меня тогда так перло, столько энергии, агрессии, времена лихие. Хотелось адреналина, чего-то ненормального.
– [Я, про себя]: О времена, о нравы
Высокий градус беседы держится вплоть до таблички “Нижний Новгород”. Высадив меня на автобусной остановке где-то на окраине города, Дима поехал проводить майские в кругу семьи.
В этот день Нижний отвратителен. ПАЗик везет меня до центра целый час, я успеваю устать и разочароваться в этом городе. Доехав, попадаю на Большую Покровскую улицу – типовой “Арбат” российского города. На улице холодно, серо и пасмурно. Из интересного только “Додо Пицца”, которой в Пензе пока еще нет. Выхожу на набережную, вижу огромную Волгу, и даже она меня не радует.
Не дожидаясь темноты, еду на улицу Спутника, на которой живет мой хост Петя. Ехать опять час, опять на ПАЗике. В этом городе есть метро, но мне кажется, что оно никуда не едет. Спускаюсь в вестибюль сделать пару дежурных фоток и возвращаюсь наверх в поисках автобусной остановки. По пути судорожно проверяю рабочий мессенджер, там опять какие-то проблемы, и рабочий день еще не кончился. Приношу коллегам тысячи извинений за неудобства, мотивируя свой отъезд “семейными делами”.
Мой вечер спасает Петя.
Петя отличается от моих предыдущих хостов в России: он не яппи, он – хиппи. Живет Петя минималистично – мебели ноль, лишь матрас на двоих, да столик с компьютером. В общении у него нет ни барьеров, ни стартовых вопросов для беседы. С первых секунд наш разговор переходит в поток интересных мыслей, я начинаю вникать в его уста.
[Петя]: Города угнетают: шум, грязь, пробки, люди злые. Я вот недавно с Кольского полуострова приехал, там так здорово. Жили неделю в домике у какого-то доброго деда, вокруг нас – ничего, кроме природы. Холодно было, правда, но все равно я там счастлив.
Петя работает водителем грузовика в местной транспортной компании, подкапливая деньги на дорогу до Крыма. До Крыма Петя планирует ехать на только что купленном “Харлее” и жить там в палатке с друзьями: прыгать со скалы голышом, питаться солнечными лучами и чувствовать единение с матушкой-природой. Петя даже по внешнему виду напоминал Тарзана: длинные кучерявые волосы, спортивное телосложение, свободная одежда цвета хаки. Он не ходит в качалку, телосложение как-то само по себе так сложилось.
Ближе ко сну Петя ставит музыку из своего аккаунта в ВК. Так узнаю о существовании инди-банды Alvvays и начну ее слушать на постой. Группа распалась еще до нашей встречи, от нее остались лишь два альбома. Трек “Marry me, Archie” застрянет в моей душе, романтизируя образ однолюба.
На следующее утро понимаю, что хочу домой: уж слишком сильно меня подкосили хмурый Нижний и безответственность на работе. Проверяю Blablacar, ловлю первую попутку до Пензы, прощаюсь с Петей, благодарю его за то, что он есть.
Короче, мы – молодежь – действительно живем интересно.
Горы
В Сочи лечу на финал IT-Олимпиады по номинации “Свободный Диплом”. Здорово, что в этой стране у меня есть хоть что-то свободное.
На поездку длиной в три ночи и полторы тысячи километров универ дал мне десять тысяч рублей, на которые ничего особо не сделать. В бюджетном путешествии меня поддерживают блаблакар до Внуково, дешевые билеты из Внуково от “Победы” и кауч.
Ксюша может вписать меня на две ночи. До Ксюши добираться тяжело: маршрутка до окраины, жилой дом на холме, седьмой этаж без лифта. Наутро судьба награждает мои старания: с балкона открывается вид на горы. Пожалуй, это самый живописный кауч, который у меня когда-либо был.
Ксюша живет с мужем Пашей. Сами ребята из Еката, в Сочи живут уже два года. Это “дауншифтинг на русском юге”: те люди, что сыты по горло жизнью городов Урала и Сибири с загрязненным воздухом, переезжают на Юг. Юг России кажется домиком, в котором можно быть хиппи, заниматься духовными практиками, и ничего тебе за это не будет. Женя работает тренером в местной йога-студии. Паша занимается живописью, периодически выставляя свои картины на продажу. Как и Петя из Нижнего, Ксюша с Пашей спят на матрасе с минимумом мебели вокруг.