Белорус понял командира без слов, дав малый газ — а Кобзев, приникнув к панораме перископического прицела, принялся разглядывать машины противника… Парой секунд спустя он негромко приказал:
— Пятро, дорожка! Азамат, заряжай фугасный.
— Есть!
Боец сноровисто загнал в казенник гранату, а лейтенант принялся разворачивать пушку на дорогу… Идушие в голове колонны танки советского производства (и на кой только ляд их продали туркам⁈) уже скрылись за очередным изгибом дороги. Та петляет промеж каменных утесов, торчащих, словно клыки в волчьей пасти — и достать Т-26 осман на подъёме пока невозможно. А вот цепочка грузовиков растянулась по серпантину в пределах прицельного огня «сорокапятки»… Закончив наводить орудие, Кобзев оторвался от маховиков наводки — и вызвал командира второго броневика, младшего лейтенанта Зайцева:
— Коля, позицию занял? Наводи в хвост колонны, сперва бьём фугасами. Как пристреляемся и запрем туркам путь назад, переводим огонь на голову — а затем уже беглый осколочными по дороге… Стреляешь сразу после моего выстрела — вопросы?
— Никак нет.
Ещё один глубокий вдох, выдох, снова глубокий вдох… Воздух на перевале разряженный, иногда его словно не хватает. И непонятно, то ли мандраж так непривычно бьёт, то ли задыхаешься… Вновь высунувшись из открытого люка, лейтенант бегло убедился, что второй броневик также занял позицию на спуске, левее дороги. Правда, машину Зайцева валуны не прикрывают, но как есть… После чего Иван крикнул Максимову:
— Товарищ старшина, откатите мотоциклы назад, снимите пулеметы с колясок — и займите позиции вон в той промоине, что метрах в пятидесяти вниз по дороге. Без нужды огонь не открывайте — разве что турецкую пехоту придётся прижать… Но на рожон не лезьте.
Короткий, согласный кивок — мол, все поняли — а лейтенант уже нырнул вниз, вглубь башни, приникнув к прицелу… Долго ждать не пришлось: замыкающий грузовик уже практически поравнялся с одиноко сваленным в сторону от дороги крупным, обкатанным валуном — что Кобзев выбрал в качестве ориентира. И теперь комвзвода, помедлив всего долю секунды — краткий миг, собраться с духом! — решительно нажал на педаль спуска:
— Выстрел!
— Откат нормальный!
Фугас уже рванул внизу, у самой дороги, подняв в воздух каменное крошево. В машину с турецкой пехотой Иван не попал, но грузовик тряхнуло от взрыва — а несколько осколков все же ударили в заднее правое колесо… Водитель судорожно вильнул в сторону, едва не нырнув в кювет; невольно он потерял скорость — а граната Зайцева уже рванула в метре позади кузова! Осколки срезали двух турецких солдат, с испуга бросившихся наружу — в то время как Азамат вручную отжал замок, извлекая стрелянную гильзу…
К сожалению, из-за не самой продуманной конструкции броневика, размещение боекомплекта в башне не позволяет заряжающему быстро перезарядить пушку. Так что рабочая скорострельность орудия составляет всего пять выстрелов в минуту — в осколочными и того меньше… Но с перископическим прицелом синхронизирован спаренный пулемёт. И теперь, чуть крутанув маховики наводки, командир от души приложился по крытому тентом кузову парой длинных очередей! После чего, уже на остаток диска ударил в нос упрямо ползущего вперёд грузовика… Водитель попытался уйти из-под огня последним, отчаянным рывком, но из-под капота уже повалил густой дым; секунду спустя машина мертво замерла на месте, наискосок перегородив дорогу.
— Заряжено!
— Молодец, Азамат…
Боец старался, очень старался — так что Иван отметил это даже во время боя, надеясь подбодрить… Теперь же лейтенант принялся сосредоточенно крутить маховик горизонтальной наводки — наводя прицел в голову колонны, что тонкой нитью расползлась на простреливаемом участке дороги. Конечно, машины резко прибавили газу, как только турки поняли, что попали под огонь… Но Кобзев уже поймал на прицел идущий впереди грузовик с пушкой на жёсткой сцепке — и утопил педаль спуска.
— Выстрел!
Лейтенант целил в носовую часть машины в надежде, что первый же выстрел ее обездвижит — но промахнулся. Словно почуяв опасность, водитель резко бросил грузовик в сторону, утопив газ в пол… Фугас рванул в стороне, у самой сцепки; взрыв перебил её, а осколки удалили в орудийный передок — прошив ящики и воспламенив порох в снарядных гильзах. Горная пушка шведской фирмы «Бофорс» (весом под восемьсот килограмм!) покатилась под наклон вниз, по дороге — навстречу отчаянно вильнувшему в сторону грузовику… К несчастью для водителя и «десанта» держащемуся следом за артиллерийским тягачом.