-Но там нет нашей фамилии! – удивленно восклицаю, пока ехал навстречу изучил каждое слово, имени отца в документах не упоминалось. Только Халимов. А это была девичья фамилия матери.
-Ахмет, - улыбается с легкой иронией, смотрит снисходительно. – Лучше тебе не знать, что происходит, это мои проблемы, единственное нужно вернуть домой Амана. Мне будет спокойнее, когда он окажется рядом со мною.
-А Азамат?
-Азамат? –вскидывает брови, усмехается небрежно, беря вновь сигареты из пачки и закуривает. - Он у нас самостоятельный, справится со своими проблемами сам, даже если они придут к нему от меня.
-Это неправильно, папа!
-Неправильно?! – отец разозлился, в глазах вспыхнул гнев, который мог смести все на своем пути. –Неправильно не уважать своих родителей, открещиваться от их имени, делать все по-своему! Вот и пусть расхлебывает последствия своей самостоятельности! – зло процедил, замолкая при появлении Малика. Мне вернули папку. Безопасник наклоняется к отцу и что-то шепчет ему на ухо. Я смотрю на кончик тлеющей сигареты. Во мне крепла решимость помочь отцу, каким образом, пока не понимал, но все что будет в моих силах сделаю не задумываясь.
Малик уходит. Официантка приносит наш заказ и на некоторое время мы поглощены едой, но каждый все равно думал о своем. Ослушаться отца по поводу безопасности не приходит в голову, просто так он кипешь устраивать не станет. Предупрежу Хабибу, чтобы всегда была с детьми, когда они все вместе, как-то легче дышится. Тянусь к своему телефону и просто пишу ей: «Люблю тебя». Ответ приходит почти сразу: «Я тоже тебя люблю». И глупое красное сердечко, которое греет мое живое сердце. Улыбаюсь, поднимаю глаза. Отец смотрит не мигая.
-Я сделаю все возможное Ахмет, чтобы мои проблемы не коснулись твоей семьи! – делает паузу, крепко сжимая вилку. –Убью любого, кто двинется к вам с недобрыми намереньями! – его лицо на секунду становится таким жестоким, что мне уже заранее становится страшно за тех, кто осмелится действительно войти в мою жизнь с такими помыслами, ибо сказанные слова не для эффекта, не для сгущения красок. Это его действительность, его сущность. За своих родных, близких он порвет любого на куски.
-Я знаю, пап! – смотрю ему в глаза, не мигая, ощущение, что смотришь в глаза дикому волку, который внезапно оказался на расстоянии вытянутой руки. Он склоняет голову набок и загоняет своего зверя обратно вглубь себя, покровительственно улыбнувшись. Я давно понял, что пока живы родители, ты всегда под их защитой. Отец не был ангелом-хранителем, но в нем всегда уверен, как в завтрашнем дне.
8 глава
-Аман-
За мной следили. При чем не первый день. Сначала мне показалось, даже подумал о том, что отец кому-то приказал присматривать за мной. Но потом понял, что это не его люди, ибо те никогда себя откровенно не проявляли. Я знал о них, но никогда не видел, они присутствовали в моей жизни незримо, как тени.
Когда я засек слежку, мужчина похожий на обыкновенного прохожего перестал изображать этого прохожего. Он всегда был в поле виденья, но попыток приблизиться ко мне не предпринимал.
Я гадал, что это означает, порывался позвонить отцу и спросить, что за фигня. Но в последнюю минуту отказывался от идеи выяснять обстоятельства, если он решил, что нужна наглядная охрана, значит так надо. Он никогда не вмешивался в мою жизнь, наоборот поддерживал мои стремления в науке, спонсировал нашу лабораторию, подкидывал информацию о грантах, фондах, конференциях. Мы редко с ним виделись наедине, с меня много не требовали, лишь появляться дома на важные даты, семейные праздники, не забывать отзваниваться раз в неделю и поддерживать связь с братьями и сестрой.
Ближе всех была мне Анна, может потому что мы были с ней одного возраста, родились в один день. В моей жизни сестра занимала второе место после науки, именно ей я мог позвонить в любое время суток, найти слова поддержки, даже в молчании нам было комфортно. Конечно, выйдя замуж, я старался не так активно нарушать ее жизнь своими звонками, появлениями, но тогда Анна сама тревожно звонила и спрашивала, что случилось, все ли у меня в порядке. Мы не были близнецами, но между нами существовала невидимая связь, мы чувствовали друг друга даже на расстоянии. Даже сейчас, когда она счастлива, я звонил тогда, когда ей бывало грустно, когда настроение скакало то вверх, то вниз. Беременные женщины такие непостоянные.