-Почему?
-Как тебе объяснить…- Карина отворачивается к шкафчикам, достает чашки и заваривает чай. –Когда папа сказал, что к нему пришел дядя Саид с предложением о свадьбе, я не была в восторге. Твоего отца я знала, как друга папы, но их все равно больше связывал бизнес, чем дружба, поэтому семьями не дружили. Интернет мне рассказал кто мой будущий жених и я была в ступоре. Ибо ты привык видеть вокруг себя блистательных, высокомерных сучек, которые норовили залезть к тебе в постель и дальше. Я не хотела замуж. Не конкретно за тебя, а вообще.
-Почему? По-моему, каждая девушка с рождения мечтает о семье, о доме.
-Я тоже мечтала, даже собиралась замуж, подготовка шла полным ходом, а потом оказалось, что мой жених женится не на мне, а на папиных деньгах, изображая любовь. Тебя же заставляют жениться ради тех же самых денег. Мне тоже поставили ультиматум: либо замуж за тебя, либо лишения привычной жизни. Я решила сделать все возможное, чтобы ты сам отказался от меня, а отцам бы сказали, что не сошлись характерами.
-Я тебе не нравлюсь? – вопрос как в школьные времена, только обычно мне его задавали девчонки из разных классов, а я предпочитал выбирать красивых, ярких, популярных старшеклассниц.
-Мне не нравится твое поведение, ты с самого начала смотрел на меня, как на минутное развлечение. А знаешь, хочется быть вечностью! – ставит чашки на стол, усаживается напротив меня.
-Может попробуем начать все с начала?
-Например?
-Ну, не знаю. Давай я тебя приглашу на свидание. Или в кино. Или куда там приглашают?
-Али! – Карина смеется, берет свой чай, отпивает его. Мы молчим. Она меня не гонит, смотрит своими зелеными глаза, чему-то улыбается, такая обыкновенная, но до невозможности притягательная. Я замечаю ряд маленьких родинок на ее плече, вижу, как она складывает губы и дует на горячий чай. Почему-то раньше не приходило в голову ее рассматривать и замечать, какие-то мелочи, например, сейчас засохла желтая краска на кончиках пальцев. Она переводит глаза туда же, смущенно улыбается, ставит чашку, идет к столу, где были листы и краски. Я иду следом.
Карина нагибается к полу, там стоит бутылка с растворителем, берет сразу же большой кусок ваты. Я пробегаюсь глазами по столу, все тут в творческом беспорядке, но кажется он очень продуманный этот беспорядок. Беру кисточку как раз в желтой краске, посещает безумная идея, спешу ее осуществить, пока не передумал.
Касаюсь щетиной кисти обнаженной кожи плеч Карины, веду волну. Она сидит на корточках, оттирала пальцы, но сразу же перестала это делать, когда почувствовала мое движение. Поворачивает голову, поднимает глаза. Я пачкаю ее кончик носа. Улыбается, медленно встает на ноги, берет чистую кисть и задумчиво смотрит на краски.
-Всегда мечтала порисовать на человеческом теле, даже краски купила.
-Так в чем проблема? – подбиваю вопросительно бровь, Карина видимо в замешательстве. Кладу кисточку на стол, снимаю футболку, джинсы, трусы оставил на месте, не уверен, что она готова была полностью видеть меня обнаженным.
Зеленые глаза вспыхнули, засияли. Карина быстро побежала к шкафу, через минуту вернулась с коробкой. Ее азарт заставлял улыбаться. Пододвинула табуретку, взглядом приказала сесть. Через какое-то время я интересовал ее сугубо, как полотно для творчества. Было щекотно, любопытно, скучно. За три часа ее работы у меня порядком затекла спина, но не смел ныть, даже мысленно не жаловался, ибо это все мелочи по сравнению с довольным выражением лица Карины. И кажется мне эта творческая девушка больше нравилась, чем красивая кукла.
Когда наши глаза встретились, кисточка зависла в воздухе. Я не выдержал и нагнулся к ее лицу, вернее в миллиметре замер возле губ, не прерывая зрительного контакта.
-Я, конечно, не очень умею рисовать, но попачкать тебя красками сумеют мастерски.
-Я не сомневаюсь! – сглатывает и сама тянется за поцелуем ко мне. Перехватываю ее руку, отбираю кисть, касаюсь губами ее губ. Просто веду кисточкой по ее рукам, по плечам. Отстраняюсь, позволяя Карине сфокусировать поплывший взгляд. –Позволишь? – беру края ее майки.
-Да… - выдыхает, в голосе дрожит в предвкушении возбуждение. Тяну вверх майку, швыряю ее в сторону. Моя руки скользят с плеч, к грудям, соски уже возбужденно торчали и просили ласки. Нагнулся к ним, всасываю, прикусываю, отстраняюсь, дую. Над головой учащенно задышали, выгибаясь в мою сторону. Я довольно долго играю с грудями Карины, балдея от ее шумного дыхания, от ее подрагивающих пальцев на моих плечах. Вспоминаю, что хотел ее испачкать. Просто смешиваю краски и раскрашиваю ее покрасневшую кожу грудей, дразню соски.