С тех пор, как вынужден был вернуться в Дубай, жить с родными под одной крышей, работа была спасением. Я мог ею прикрываться в любом вопросе, в любой ситуации. Даже когда был период загула, понимал, что плотские утехи не нужны мне в том неприглядном виде, что были между мною и случайной партнершей. Легкая близость не доставляла никакого душевного счастья, только физическое облегчение. Поэтому работа вновь заняла первое место в моей жизни, вновь я погрузился с головой в привычные мне формулы, в привычное окружение, где никто не смотрел томным взглядом с единственной мыслью, как залезть тебе в штаны. Я хотел другого в своей жизни.
***
Сегодня выходной. А это значит дома будут все. Просыпаюсь рано. Совершаю утреннюю молитву, смотрю в окно, держа перед собою раскрытые ладони.
Привычка, во сколько бы не лег, всегда встаю для вознесения благодарности Аллаху. Привожу себя в порядок и спускаюсь на первый этаж. В столовой уже сидел отец и пил кофе. Я улыбнулся. Ему запрещали пить кофе. Но все знали, что наедине с самим собою, он выпивал чашку черного кофе без сахара. Потом, когда в столовую спускались все братья, их жены и сестра,пил рекомендованный зеленый чай.
-Мы с тобой ранние пташки! – вместо приветствия говорю ему и сажусь на свое место. Оно теперь было возле правой руки отца. Раньше там сидел Али, слева Азамат. Когда те женились, на их места сели я и Софи. Дочка Мигеля любила сидеть рядом с отцом.
Удивительно, но дети его обожали, даже когда он хмурился. Я тоже его обожал, но в тайне. Когда родной дядя без предисловий ворвался в мою жизнь, раскрыл все факты моего происхождение, я любил Каюма. Дядя постоянно твердил, что я неродной сын Каюма, я все равно любил, уважал, боготворил этого человека. Для меня он был примером по жизни, который в своей жесткой манере тщательно охранял границы своего личного пространства и своей семьи. Он мог быть кем угодно в глазах общественности, но для меня, для братьев, для сестры – лучшего отца мы и не могли себе пожелать. Тем более я, зная, что являюсь ему неродным, дорожу его отношением к себе.
-Доброе утро! – он откладывает в сторону планшет, улыбается. –Я думал ты будешь спать до обеда.
-Ты тоже мог позволить себе сон до обеда, но почему-то сидишь здесь, - наливаю себе чай, смотрю на отца. Он поднимает чашку и показывает глазами на ее содержимое.
-Ты не боишься, что Анна тебя поймает с поличным?
-Для этого ей придется проснуться раньше меня, а ты знаешь, что твоя сестра большая соня.
-Это да, она лучше пропустит завтрак, чем встанет раньше будильника.
-Я все слышу! Вы обсуждаете меня! – в столовую вошла Анна, держа на руках Аишу. Отец поспешно ставит чашку на стол и незаметно меняет местами с другой чашкой, в которой зеленый чай. Сестра не замечает его манипуляций, я давлю улыбку, он подмигивает.
-А кто тут у нас проснулся? – голос папы становится ласковым, медовым, когда его руки тянутся к Аише. Та хлопает в ладони, закрутилась в руках матери, норовя слезть с них, хотя еще ходить не умеет. Зато хорошо ползает.
-Де! – Анна закатывает глаза к потолку и отдает ребенка. Сразу же раздается счастливый и довольный смех племяшки. Отец, отодвинувшись от стола, подбрасывает девочку вверх, ловит ее и сразу же целует в щечку. В эту игру играли только эти двое, повтори то же самое я с Аишей или кто-то другой из семьи, малышка только нахмурится или устроит концерт.
Постепенно подходят и остальные члены семьи, нет только самых маленьких: Селима, сына Лейлы и Азамата, и Марьяны, дочери Карины и Али.
-Дедушка, доброе утро! – Софи радостно бежит в ту сторону, где был отец. Он устраивает Аишу на сгибе руки и обнимает Софи, усаживает девочку на колено. Я смотрю на них. Меня всегда интересовал вопрос: действительно он относится к дочери Мигеля, как к родной, или только делает вид, чтобы не вносить раздор в семью Анны.
-Дедушка, у нас на следующей неделе будет концерт, я там буду петь, как мама, ты придешь? – смотрит на отца с надеждой. Я перевожу взгляд на Анну, та скептически поднимает брови, разделывая омлет вилкой.
В наше время отец никогда не посещал школьные мероприятия. Поэтому мы с интересом ждали ответа. Али даже перестал жевать.
-Софи, если у меня будет свободное время от работы, я обязательно приду на твой концерт, - выкручивается отец, мы улыбаемся. Годы идут, а методы остались те же. Но Софи - не мы, поэтому ее такой ответ не устраивает. И, по-моему, современные дети семьи Каюм уже с рождения знают, как подкатывать к очень занятым людям.