Упал на колени на глянцевый мат, сгибаясь пополам. Пот тек ручьем по спине. Воздуха катастрофически не хватало в легких. В груди сильного кололо. Сдохнуть! Вот так, сразу, с мыслями об Арине!
-Вам плохо?
Твою мать! Я сжал кулаки, медленно поднимая голову. Рядом обеспокоенно стоял Фернандес. Парень реально был встревожен и в темных глазах не было ни злорадства, ни ехидства. Не удивительно, что он удрал от своего отца. Слишком человечен был, такие в нашем мире не выживают, ломаются.
-Насколько я помню, ты приставлен к Анне, а не ко мне, так что нечего изображать няньку передо мною! – раздраженно стал подниматься на ноги, разбинтовывая руки. Его глаза с любопытством рассматривали шрамы, татуировку, взгляд немного дольше задержался на запястье.
-Это в честь детей? – кивнул в сторону черных букв. Я покрутил рукой, рассматривая татушку.
-В честь любовницы! – секундное замешательство, потом понимание. Бля, психолог что ли. Свалился на мою голову!
-Я хотел извиниться. Наверное, в своих высказываниях был не прав. Ведь вам виднее, что хорошо для детей, а что плохо. Думаю, я бы точно так же поступил! – Фернандес говорил серьезно, взвешено, заранее обдумав каждое слово. Я прищурился, рассматривая испанца, который заставляет воду волноваться в стакане.
-Скажи мне, ты и с отцом вел себя, как воспитанный сын?
-Я никогда не понимал его методы ведения дел, когда можно нормально жить, не переступая закон.
-Насколько мне известно, твоего старшего брата Хуана убили за наркоту, а сестру пустили по кругу, как элитную проститутку, как ты сумел избежать незавидную участь?
-Вы знаете, чем мне пришлось пожертвовать, так к чему эти умные, но ненужные вопросы?
-Знаю. И удивлен, что ты готов был пожертвовать…
-Но вы ж обещали…
-Я? Фернандес, я никогда ничего не обещаю. Я действую сугубо в своих интересах. В данный момент мой интерес в дочери, и ты благополучно справляешься со своей задачей.
-То есть?
-На неделе вы летите в Нью-Йорк записывать первую песню. Если она войдет в хит-парад, если вы придумаете сценический образ, который не вызовет во мне желание поубивать вас, тогда можно думать о дальнейшем будущем.
-Но…Анне по- хорошему нужно поработать над голосом, подобрать эту самую песню…образ…Там много работы.
-Фернандес, это не твоя забота, твоя роль в том, чтобы охранять Анну физически и морально, но при этом не забывай о моем предупреждении, помолись своему Богу, чтобы мне не пришли на ум идиотские мысли, если еще раз увижу распахнутую рубашку на груди в обществе моей дочери! – слова почти выплюнул, швырнул бинты на мат и направил на выход. Еще раз холодный душ. Привести мысли в порядок и заняться платформой для карьеры Анны. А Фернандес…вскоре свалит из нашей жизни. Слишком много психологии в моей жизни появилось рядом с этим парнем.
11 глава
-Мигель-
Я вышел из душа. Время было только шесть утра. Самолет в восемь. Нью-Йорк. Кто бы мог подумать, что Каюм согласится. Анна напоминала мне девочку, у которой исполнялась американская мечта. Она словно проснулась после долгой спячки. До дня отъезда активно подыскивали себе преподавателя по вокалу, на каком-то форуме общалась с музыкантами, выясняя какие сейчас тенденции в сфере музыки. Что-то рисовала. Что-то писала. Что-то мурлыкала себе под нос. Я искренне за нее радовался.
-Мигель! – в комнату без стука влетела Анна, уткнувшись носом в какие-то бумажки. Судорожно стал озираться в поисках хоть какой-то одежды, ибо полотенце на бёдрах одеждой назвать нельзя. Не дай бог мимо пройдет Саид Каюм, разбираться не будет, удушит на месте своими же руками.
-Оооо, ты не одет! – девушка сложила губы в «о» и впала в какой-то столбняк, медленно скользя по мне странным взглядом. Я замер, не двигался, как дичь перед хищником. В данный момент хищницей. Яблоко от яблони не далеко упало, голубые глаза вспыхивали, как глаза главы этого дома. Анна тряхнула головой, словно отгоняла запретные мысли, щеки покрылись румянцем, что было мило и неожиданно. Отвернулась.