Сейчас не хватало в нашу компанию только одного человека: папы. Я порывался спросить у Али, где он, приедет ли, но кусал свою щеку изнутри, стискивал зубы, чтобы ни одно слово из вопроса не прозвучало. В глубине души был задет, как в школьные времена, когда на отчетных концертах в конце учебного года у всех присутствовали оба родителя, у меня вместо отца была няня. Он никогда ни к кому не приходил в школу, даже Анне такой чести не доставалось.
Мы весело проводили время, изрядно наелись, выпили легкие алкогольные напитки, кроме Али, он был за рулём, и Анны, ей по статусу не положено. Взрыв смеха над шуткой Ахмета, пока давился в приступе неконтролируемого хохота, внезапно почувствовал, как внутри стало жарко. Нет, не от алкоголя и не от духоты в помещении. Я почувствовал Его присутствие. Можно не видеть человека, но по изменившемуся воздуху, по атмосфере помещения сразу понимаешь, когда появляется тот, кто одним своим присутствием заставляет всему вертеться вокруг его особы. Даже гул разговоров меняет свою тональность при его появлении, становится тише.
Он всегда приносит с собою ощущение власти, могущества, авторитета. Он воплощал и был миром больших денег, влияния и стабильности. Мир мог сойти с ума, но Каюм четко знал, что его мир устоит при любом крушении, при любой напасти.
Я встал. Я смотрел больше на Али, ибо он первый мне звонил, значит был в курсе всего происходящего. Али смотрел строго, его глаза предупреждали, чтобы без фокусов. Да я бы и не смог что-то сделать, не в том я был состоянии, чтобы сейчас отстаивать свои позиции, свое право жить по своей указке. Во мне было жгучее желание повернуться лицом к входу. Интернет не мог ведь передать все оттенки голубых глаз. Обернулся.
- С днем рождения, сын! – папа стоял в трех шагах от меня. Все такой же мужественный, все такой же харизматичный, все такой же опасный. Его еле заметная улыбка в уголках губ в сочетании с искорками в голубых глазах говорили о том, что он рад меня видеть. Не сердится и не держит зла за мое упорство в отрицании его. Может быть это был его подарок к моему дню рождению, отнестись в этот день ко мне лояльно, без резких выпадов в мой адрес, без подколов и унижений.
Потом я буду досадливо морщиться, что повел себя, как мальчишка, что не сумел сдержать свои сентиментальные чувства, но мне действительно хотелось вести себя сегодня, как мальчишка. Я преодолел три шага и попал в его крепкие объятия.
Мы не виделись каких-то четыре месяца, после Нового года не стал задерживаться в кругу семьи, сбежал в Россию, преследуемый недовольным взглядом голубых глаз. Я вернулся в пустую квартиру не потому что мне было скучно, противно находиться в кругу родственников, а потому что желание быть рядом с отцом было сильнее желания жить самостоятельно. И я боялся, что однажды сила воли меня подведёт и с мольбой попрошу меня вернуть обратно в порочный, жестокий мир власти, денег и авторитета. Одна часть меня жаждала этого момента, другая сопротивлялась, как могла.
Время летело непростительно быстро. Было сложно представить, что нам придётся рано или поздно покинуть этот ресторан, разойтись в разные стороны по своим делам. Мы жадно впитывали в себя каждую минуту близости, подпитываясь эмоциями друг друга.
Мы галдели, как будто находились не в ресторане, а дома. Папа сидел возле Али, напротив меня. Они давно сняли свои пиджаки, закатали рукава рубашки, слились с основной массой присутствующих за столом. Я постоянно натыкался на него взглядом, он иронично приподнимал один уголок губ, щуря, как довольный кот на солнышке, глаза. Предпочитал молчать, лениво ковыряясь в своей тарелке, попивая в прозрачном стакане обычную воду. Я никогда не видел, чтобы он пил при нас алкоголь в несметном количестве, бокал может пропустить, но не более того.
Мы слушали Амана, который рассказывал о своей научной конференции, об опытах, о перспективах будущего в области химии. Его можно было слушать долго, тема науки для него бесконечна, занудна для нас, но из уважения к нему мы слушали. Наверное, поэтому у братишки до сих пор не наблюдалось подруги. Не каждая выдержит такого умного малого, сумеет достойной вести диалог о химии и ее элементах. Даже не представлял себе его будущую избранницу. Кажется, его женой будет наука. Как-то за бокалом виски в баре, мы с Али ехидно пошутили, думали ему на какой-нибудь праздник подогнать первоклассную проститутку, чтобы лишила девственности нашего ученого. То, что Аман еще не с кем не спал, брату было известно достоверно, откуда он знал эту информацию, я не спрашивал. Мне было дико важно сохранить иллюзию бесконтрольности всех членов своей семьи, хотя интуиция шептала мне не быть таким наивным.