— Сработало? — спросила я.
Нейл фыркнул.
— Ага. Всегда срабатывает. То еще жуткое дерьмо, но в общем-то да, оно принесло результаты.
— Например?
Он пожал плечами.
— Думаю, имена. Парочка имен. Бедная старая пташка говорила неясно. Думаю, она не до конца понимала ситуацию, так как беспокоилась о своем потерянном жемчуге.
Нейл бросил на нас взгляд. Мужчина выглядел старым, и напасти обременяли его сильнее, чем Лайтберна.
— Потом включилась сигнализация дома, — монотонно продолжал он. — Периметр. Черубаэль еще не пришел, поэтому проверять отправился я. Решил, что это был сбой. Видишь-ли, из-за таких допросов может очень быстро упасть температура и появиться лед. Как я подумал, случилось ложное срабатывание сенсора. Я спустился и вышел на улицу, но ничего не нашел. Уже собирался вернуться, как вдруг… — он сделал губами «паф» и развел руками, растопырив пальцы. — Весь дом вспыхнул как факел, — сказал Нейл. — Так стремительно и с таким жаром, что я не смог зайти внутрь.
— А что с Эйзенхорном? И с Медеей? — спросила я.
Нейл покачал головой.
— Мертвы? — задала я вопрос.
Охотник за головами вновь пожал плечами.
— Это был злой умысел? — спросил Лайтберн. — Бомба?
— Что-то вроде, — ответил Нейл. — Не несчастный случай. Бифросд зажарило изнутри, а тот жар был гораздо сильнее, чем от простого пожара. Температура такая, словно обдали из огнемета, и пламя распространялось чертовски быстро. Я обошел с южного края и попытался войти внутрь через здание по соседству, но и там уже было как в печи. Тогда я и увидел демонхоста. Он вошел прямо в огонь..
— Черубаэль был с нами, — сказала я. — Он бросился вперед.
— Ну, обратно он не вышел. То пламя сжигает и подобных ему.
— А они могли сбежать, воспользовавшись пушечным катером? — спросила я.
— Не знаю, — произнес Нейл. — Я ничего не заметил. — Он посмотрел на вокс. — Но, если бы они выбрались, мы бы что-то услышали. Ты ничего не получала?
— Ничего, — ответила я.
Нейл вытащил из куртки модуль связи и положил его на стол.
— И я, — сказал он, после чего встал.
— Значит, нападение? — задала я вопрос. — По нам нанесли удар?
— Я в этом уверен, — произнес Нейл. — Потому что Смертник тоже не выходит на связь.
Смертник был оперативником в подчинении Эйзенхорна, который действовал самостоятельно. Даже Нейл почти ничего о нем не знал и не мог сказать, как тот попал в группу инквизитора. Однако говорил он верно. Если Смертник исчез, значит кто-то или что-то сделало своей целью всю группу. Существовала вероятность, что он узнал о случившемся в Бифросде и залег на дно из соображений безопасности, но тогда Смертник ответил бы посылающему коды Нейлу.
Нет, целью стала вся команда. Нейл выжил лишь по счастливой случайности, а я избежала гибели из-за того, что задержалась.
Я попыталась разговорить его, составить какой-то план действий, но больше из Нейла ничего вытянуть не удалось. Он настаивал на том, чтобы мы подождали несколько дней и посмотрели, не восстановится ли связь. Я согласилась. Думаю, мне хотелось больше говорить лишь для того, чтобы не думать о потере. Кончина Эйзенхорна была трагедией для Трона, а гибель Медеи принесла мне еще больше боли. Я знала ее дольше всех остальных, так как она, еще будучи сестрой Бисмиллой в Схоле Орбус, по сути растила меня до двенадцати лет.
И вот, утром четвертого дня я проснулась в бункере, измученная снами об огне и катаклизме. Видения были ужасны и предвещали страшное несчастье, но их пламя заменило собой тьму и отвратительные сновидения, которые вызывал демон.
Как я и желала, эти надоедливые сны ушли, а значит, демон сгинул вместе с ними.
Я послала коды по воксу и поднялась на улицу, чтобы дождаться там Лайтберна, ушедшего на расположенный ниже по дороге рынок. В воздухе этого района до сих пор стоял запах дыма. Я знала, что нам с Нейлом нужно было сделать выбор.
Лайтберн вернулся, а вскоре после него — и Нейл, снова выпачканный в саже. Мы спустились в бункер и сели вокруг стола, попивая кофеин из принесенной Лайтберном фляги.
— Я ходил к Бифросду, — сказал Нейл. — Там все еще стоит жар, но я пошарил в развалинах. Ничего не осталось. Я думал, что если катер остался в пожаре, то я бы нашел какие-то его части. Обломки. Но нет.
— Значит, они выбрались? — спросила я.