Продолжая тихо ворчать, она скрылась в задней комнате и спустя несколько минут появилась с роскошным букетом белых лилий.
— Вот, ваше высокопревосходительство. Лилия цветок нежный, а белый цвет означает, что ваши чувства чисты. Вам нравится?
— Я впечатлен вашей догадливостью, сударыня, — пробормотал граф, который уже начал заметно нервничать.
— Но должна предупредить, что букет этот обойдется вам в семь рублей ассигнациями. Сами понимаете, не сезон и сохранить такие цветы очень сложно.
— Не нужно оправдываться, — отмахнулся генерал, шлепнув на прилавок червонец.
Оставив продавщице чаевых целковый, он подхватил букет и поспешил к машине. Увидев цветы, Ахмед не удержался и тихо прыснул в кулак.
— Чего ржешь, конь стоялый, — огрызнулся граф, чувствуя, что начинает краснеть.
— Ай, бачка, давно тебя таким веселым не видел. Хорошо. Веселись, — с доброй улыбкой отозвался денщик.
За долгие годы, проведенные вместе, генерал давно уже перестал относиться к нему как к денщику. Скорее, горец являлся наперсником и соратником по оружию, иногда позволяющим себе высказать то, о чем другие предпочитали молчать. Именно за эту правду граф больше всего и ценил своего кунака. А еще за верность и беспорочную службу. Спиртного Ахмед не пил, в карты не играл, а с женщинами встречался, только платя им деньги.
Автомобиль свернул на набережную Обводного канала и спустя еще двадцать минут остановился у нужного подъезда. На этот раз генерал решил сделать все согласно этикету. Ахмед позвонил в дверь, и открывший слуга с поклоном посторонился, пропуская их в прихожую. Забрав фуражку и шинель, он провел гостей в гостиную и поспешил сообщить хозяйке о госте. Ахмед привычно устроился на банкетке в прихожей. Он умел ждать.
Но на этот раз все пошло совсем не так, как было привычно. Вместо хозяйки, на пороге гостиной, со стороны людской половины, словно привидение появился юный казак и, сразу узнав генерала, с улыбкой сказал:
— Вот бестолковый. Мог бы сразу понять, кто пришел.
— Это ты про кого? — на всякий случай уточнил граф.
— Про себя, конечно, — усмехнулся парень.
— А, салам, оглум, — перебил собравшегося высказаться графа Ахмед, входя в гостиную.
— Алейкум ас салам, — улыбнулся парень. — Сейчас Зоя Степановна спустится, и пойдем с тобой, уста, чай пить.
— Хорошо, — кивнул Ахмед. — Оглум, покажи свой сабля, — вдруг попросил он.
Генерал неожиданно понял, что его старый соратник волнуется. Именно в состоянии душевного волнения у него крепко усиливался акцент, и он начинал путать слоги и окончания в словах.
— Сейчас принесу, — удивленно кивнул парень и вышел.
— Ты чего, Ахметка? — удивился граф. — Зачем тебе его сабля понадобилась.
— Увидишь, бачка. Сейчас сам увидишь, — загадочно усмехнулся денщик.
Гриша вернулся с оружием и, не вынимая сабли из ножен, протянул ее горцу. Медленно, словно священнодействуя, Ахмед вытянул клинок и, рассмотрев его в свете солнца, восхищенно цокнул языком.
— Чтоб мне пусто было! — охнул генерал, сообразив, что именно видит.
— Все как всегда, — раздался озорной голос хозяйки дома, и в гостиную вплыла она сама во всем своем великолепии.
Светло-бежевое платье тонкого шелка оставляло открытыми плечи и подчеркивало нежность ее кожи, одновременно оттеняя глубину глаз. Забыв все, что собирался сказать, генерал, приоткрыв рот, восторженно любовался ею. Ахмед, вкладывая клинок в ножны, ловко ткнул его локтем, приведя в чувство. Опомнившись, граф подхватил со стола букет и, протянув его хозяйке, поклонился:
— Понимаю, что это слишком скромно для вас, но прошу не побрезговать, ибо дарю от чистого сердца.
— Боже, как давно мне не дарили цветов! Благодарю вас, граф. Мне очень нравятся лилии. Прошу, присаживайтесь.
— Одну минуту, сударыня. Я только верну оружие, — осевшим от волнения голосом ответил генерал и повернулся к денщику.
— Я же говорю, как всегда. Стоит трем военным собраться в одной комнате, и тут же начинаются разговоры об оружии и лошадях, — рассмеялась хозяйка дома.
— Зоя Степановна, должен же я был хоть как-то развлечь гостей, пока вас не было, — неожиданно пришел на помощь генералу казак.
— Саблей? — иронично уточнила она.
— Это не просто сабля, сударыня, — улыбнулся в ответ граф.
— И что же в ней такого интересного?
— Ширванка, — коротко сообщил Ахмед, продолжая рассматривать оружие.
— Простите глупую бабу, господа, не поняла, — снова рассмеялась Зоя.