Проведя парня на второй этаж, он негромко постучал в очередную дверь и, услышав ответ, втолкнул парня в комнату, тихо посоветовав:
— Не бойся. Она всему научит.
Окончательно сбитый с толку парень словно сомнамбула шагнул в комнату и оказался в большом будуаре. Сидевшая на диване женщина с красивым, породистым лицом отложила в сторону книгу и, окинув парня долгим, внимательным взглядом синих, словно горное озеро, глаз, с ласковой улыбкой произнесла:
— Пожалуй, я должна Петра Ефимовича благодарить за такой подарок. Хорош. Высок, статен, да еще и не целован. И вправду царский подарок. Проходи, присядь. А то замер, словно статуя, — предложила она, похлопав ладонью по сиденью рядом с собой.
— Вечер добрый, — очнувшись, пробормотал Гриша, кое-как взяв себя в руки.
— Конечно добрый. Присядь. Тебя как зовут, красавчик?
— Григорий я, — неуклюже представился парень, осторожно опускаясь на указанное место.
— Не надо так волноваться, Гришенька. Это все не так страшно.
— Так я и не боюсь.
— Я и не говорила, что боишься. Но волнуешься сильно. Ты ведь из деревни?
— Станичник я, — решился поправить ее парень.
— Значит, что между самцом и самкой происходит, должен лучше меня знать. И поверь, у людей все точно так же. Просто люди умудрились придумать себе всякую ерунду, возводя эти отношения в ранг едва ли не божественного открытия. Ерунда это все. Просто делай, как я скажу, и очень скоро ты поймешь, что это просто очень приятно.
Голос женщины обволакивал и убаюкивал, одновременно заставляя кровь парня бурлить так, что в ушах гудело. Гриша и сам не понял, когда и с чего вдруг оказался на спине, прижимая к себе незнакомую красавицу и жарко целуясь с ней.
Такого утра у него еще не было, кое-как угомонившись на рассвете, он забылся сном, словно провалившись, но спустя три часа был разбужен самым приятным и незабываемым образом. Проворный язычок хозяйки дома скользил по его телу, заставляя вздрагивать и кусать губы, чтобы не застонать в голос. Когда все закончилось, он мутным взглядом посмотрел на искусницу и хриплым от возбуждения голосом спросил:
— Это ты так прощаешься?
— Увы, дружок, тебе и вправду пора, — проворковала она, нежно целуя его в губы. — Никто посторонний не должен знать, что я живу в этом доме.
— Никто и не узнает, — пообещал парень, выбираясь из кровати. — А кто спросит, может и без башки остаться.
Быстро одевшись, он бросил взгляд на часы и, убедившись, что успеет добраться до дома, чтобы переодеться, повернулся к хозяйке:
— Благодарю за науку. Так меня еще ничему не учили.
— Это было только начало, — тихо рассмеялась та. — И не стоит расстраиваться. Кто знает, как оно все обернется. Но на всякий случай знай, эту ночь я буду помнить всегда. Прощай.
— Прощай, — улыбнулся парень и выскользнул в коридор.
Быстро сбежав по лестнице, он вышел на улицу и, оглядевшись, зашагал в сторону дома. Увлекшись воспоминаниями о прошедшей ночи, он краем сознания отметил стоявший неподалеку автомобиль, но не обратил на него должного внимания. Мало ли машин в столице? И кто знает, кого дожидается водитель, фигуру которого он успел заметить.
Проводив быстро шагающего парня взглядом, капитан тронул ладонью плечо водителя, и машина плавно двинулась вперед. Докатившись до парадной, из которой только что вышел Григорий, автомобиль остановился, и капитан вышел на мостовую. Расправив плечи и размяв шею после долгого сидения, он не спеша вошел в дом. Встретивший его слуга почтительно поклонился и так же бесшумно скрылся за дверью.
Поднявшись на второй этаж, капитан уверенно вошел в гостиную и, присев к столу, небрежно тряхнул стоявшим тут же колокольчиком. Вошедшая служанка, сразу узнав гостя, чуть присела, обозначив книксен, и негромко спросила:
— Чего изволите, господин капитан?
— Принеси кофе и сообщи хозяйке, что я ожидаю встречи с ней.
— Хозяйка уже знает о вашем визите, — улыбнулась девушка.
Спустя сорок минут, когда капитан уже начал терять терпение, в комнату вошла хозяйка и, оглядевшись, не здороваясь, сказала:
— Капитан, я собираюсь завтракать. И пока не поем, никаких разговоров не будет.
— Я с удовольствием к вам присоединюсь, — улыбнулся Залесский, легко поднимаясь на ноги.
— Вот и прекрасно. Там и поболтаем, — усмехнулась женщина и, стремительно развернувшись, вышла из комнаты, не обратив внимания на то, что полы ее шелкового халата от этого движения распахнулись, обнажив длинные, стройные ноги.