– Как это понимать? – удивился Дмитрий.
– Это, смотря кто тебе о нём рассказывать будет. Проверить ни кто не может, а наговорить разного, любой горазд. Захотят одного возвысят, а другого низвергнут. Для нас Разин это богомолец, который дважды на Соловки ходил молиться с Дона, а для других разбойник. А ты сам подумай, разве разбойник в народной памяти сохранится как положительный герой? – озадачил Дмитрия собеседник.
– Ты чего это чужим секреты выдаёшь? – послышался голос седобородого, который возвращался с Игорем Тимофеевичем.
– А они разве чужие? – удивился паренёк и тут же запросто сказал: – Значит, придётся их жизни лишать.
– Уж вот так просто и жизни решать? – переспросил Игорь Тимофеевич.
– Ну не просто, ладно, пусть тоже как другие счастья попытают, – пожал плечами паренёк.
– О чём речь? – спросил посерьёзневший Дмитрий.
– А мы тут как раз договорились, что нас проведут к тайнику и если Богу будет угодно, то дойдём мы до шашки. Возьмём во временное пользование, а потом вернём обратно, – объявил наставник.
– Здорово! Когда идём? – подскочил Дмитрий.
– Экий прыткий с тобой казачок, – усмехнулся седобородый.
– Да, он такой, впереди всех обычно, – похлопал по плечу Дмитрия наставник.
– Вход вон там, далеко ходить не надо, – лукаво улыбнулся седобородый.
Игорь Тимофеевич зашли в пещеру. Размеры её были огромны. Как было указано, они должны были повернуть налево и идти, не сворачивая от одного к другому постаменту с горящими чашами, наполненными маслянистой жидкостью. Казаки, не останавливаясь, шли по тропе. У первой чаши стояли открытые сундуки с золотыми и серебряными монетами. У второй чаши их ждало разложенное искусно выполненное холодное оружие. Вокруг третьей чаши лежали крупные самородки различных камней самоцветов. А в четвёртом углу пещеры горела маленькая лампадка рядом с висевшей на стене шашкой.
– Вот она! – воскликнул Дмитрий.
– Она! – отозвался Игорь Тимофеевичи перекрестившись, снял её со стены.
Выйдя из пещеры, они обнаружили, что мужская половина поселения, обнажив шашки, стоят у входа.
– Выворачивайте карманы! – скомандовал седобородый.
Молча Дмитрий и Игорь Тимофеевич продемонстрировали содержимое своих карманов и даже выправили одежду из брюк, чтобы показать, что за пазухой тоже ничего не припрятано.
Удовлетворённый седобородый казак махнул своей шашкой и сказал: – Вы прошли испытание. Не многие готовы были устоять перед богатствами. Шашка-саморубка ваша! Владейте, да помните, что если чувствуете в себе силу медведя, то это ваш час пришёл – сражайтесь, расправив грудь. А коли мышонок внутри попискивает, то не готова вас и такая шашка защитить.
– А каком мышонке толкуешь? – прогремел Игорь Тимофеевич.
– Это проверочные слова такие перед боем задавать себе надобно. С возрастом понимаешь, когда чувства обостряются и каждая травинка, каждый зверь тебе подсказывает, когда лучше нападать, а когда переждать, – мягко ответил старец.
– Спасибо отец за науку. Отслужит шашка нам службу добрую, и вернём её вам, – поклонился наставник седобородому.
Семён и Илья, едва послышался шорох из Кабаньего провала, подскочили с земли и, увидев у появившегося первым наставника на спине, завернутый в белую материю удлинённый предмет закричали: – Любо!
– Теперь дело за малым. Надо понять, как её применить, – сухо констатировал Семён.
Глава 8
Алла не могла смотреть в глаза Игорю Тимофеевичу, чувствуя себя нашкодившим котёнком. Брат устроил ей встречу на пляже, пока Филя был занят позированием. Наставник присел в паре шезлонгов от их зонтика. Но разговор ни как не клеился.
– Казаки друг другу помогают. Без взаимовыручки нельзя. Хватит стыдиться. Что сделано, то сделано. Рассказывай, что у тебя там происходит, – сказал наставник.
И тут Аллу прорвало, и она как на духу поведала о своих достижениях. А также сообщила важные особенности противоборствующих сторон.
– Апельсиновые феи, в целом походят на людей, единственным отличием являются прозрачные крылья, которые они почему-то редко используют. Феи там что-то вроде травниц, которые врачуют страждущих ими же выращенными растениями. Силу свою черпают только при цветении трав, а в остальное время беззащитны, поэтому в холодное время года от них нападения можно не ждать. Горные великаны ростом обычного человека превосходят в три четыре раза. Неторопливые металлурги, которые заметив руду, не могут от неё оторваться. Мечтают владеть всей гористой местностью, чтобы преобразовать горные хребты. Драконы же любители золота. По размеру они разные бывают и мелкие размером с пони и крупные экземпляры с кита. Все от мала до велика, заняты тем, что собирают сокровища. А вот сами гномы ограничены своими плантациями, за которыми они, как и их рабы должны постоянно присматривать и замешивать специальный мёд для полива. Вроде никого не забыла, – перечисляла Алла, постукивая пальцами.