Терский казак и потомок грузинского княжеского рода, командир покрывшего себя славой 1-го Сунженско-Владикавказского полка на Русско-японской войне и первый офицер Генерального штаба в Терском войске; в Великой войне начальник 1-й Кавказской казачьей дивизии, нанесшей завершающие удары по противнику под Сарыкамы-шем и в Евфратской операции; командир кавалерийского корпуса на Персидском фронте, победившего, по его собственным словам, трех врагов — живую силу противника, климат и громадные расстояния; представитель Главного командования Воорркенных сил Юга России (ВСЮР) в Закавказье и, наконец, председатель Зарубежного союза русских военных инвалидов* основанного генералом Баратовым и признанного во всем мире.
Персидский фронт являлся самостоятельным направлением, отдаленным в ходе боевых операций на тысячу верст от главных сил Кавказской армии. В то же время, несмотря на «третьестепенность» в сравнении с Западным и Кавказским фронтами, ему отводилась вполне определенная роль в довольно сложной военно-политической обстановке, сложившейся в дружески нейтральной стране.
Планы вторжения турецкой армии на Кавказ и в Персию разрабатывались при участии германского Генерального штаба. К моменту открытия фронта, в ноябре 1915 года, Германия и Турция стали здесь истинными хозяевами положения. «Они хотели поднять против России и Англии не только Персию, но и Афганистан и Индию, повлиять, таким образом, на ход военных операций и на наших первостепенных, главных фронтах...»279 По приказу Главнокомандующего Отдельной Кавказской армией Великого князя Николая Николаевича280 только что сформированный Экспедиционный корпус в течение нескольких месяцев стремительными наступательными действиями очистил Персию от германо-турецких вооруженных сил и занял огромную территорию шириною 800 верст по фронту и 800 верст в глубину, достигнув таких результатов малыми силами и кровью.
Затем последовало весеннее 1916 года наступление частей корпуса на Багдадском направлении для оказания помощи союзникам-англи-чанам, окрркенным турецкой армией; летом — резкое изменение для русских войск ситуации на фронте, когда без единого человека пополнения из России и при полном превосходстве сил противника корпус совершал свой героический отход, с боями, по опаленной страшной жарой земле при температуре до 70 градусов по Цельсию.
Год 1917-й и новое преследование турок в неимоверно трудных условиях по заваленным снегом и ставшим непроходимыми горным тропам, при полном опустошении противником всего обширного района преследования оставили блестящую страницу в летописи нашей конницы.
И наконец, нельзя забывать и не учитывать, что корпус генерала Баратова держал фронт против внешнего врага в 1917 и даже в начале 1918 года, то есть в то время, когда вся армия в «революционном угаре свободы» молниеносно разлагалась и уже не была способна воевать.
Следует отметить, что до настоящего времени остаются неизвестными или неверно интерпретированными многие события на Персидском фронте. К числу последних относится прежде всего легендарный рейд для связи с англичанами в Месопотамии сотни 1-го Уманского полка Кубанского Казачьего Войска, удостоенной за свой подвиг поголовного награждения Георгиевскими крестами.
Главная заслуга в успешном выполнении боевой задачи принадлежала ее командиру, сотнику Василию Даниловичу Гамалию281. Офицер и искусный дипломат, сумевший не только переиграть воинственных и коварных вождей курдов на их собственной земле, но и вывести в тысячеверстном рейде по дебрям и пустыням Луристана сотню без людских потерь к своим, был награжден по телеграфу Государем Императором орденом Святого Георгия 4-й степени и королем Англии — Военным крестом. Воспоминания полковника В.Д. Гамалия записал в эмиграции
КАЗАКИ В ПЕРСИИ 1909-1918 ГГ.
«^1___:_
военный историк и мемуарист русского зарубежья Ф.И. Елисеев282, После смерти Гамалия, последовавшей в 1956 году, его вдова Мария Петровна передала бумаги покойного Елисееву. Им были получены также некоторые документы, касающиеся рейда, от сына генерала Баратова — Павла Николаевича Баратова. В 1957 году полковник Елисеев выпустил свой труд в виде брошюр на ротаторе283. Часть, предлагаемая вниманию читателя, составлена именно по этим материалам.
Опубликованные же в советское время полуфантастические и с явной идеологической направленностью (особенно в части данных в них характеристик и дальнейших судеб офицеров) книги о рейде казаков «к вратам Багдада» ничего, кроме недоумения, вызывать не могут284.
В настоящей работе приводятся данные о строевых частях Отдельного Кавказского кавалерийского корпуса (ОККК) и их старших начальниках; о формировании с началом войны новой Сводной Кубанской казачьей дивизии, Высочайшем пожаловании ее полкам старых исторических знамен и наименований; рассмотрен боевой состав драгунских и казачьего полков Кавказской кавалерийской дивизии.
Они дают представление о действительном состоянии частей корпуса на Персидском фронте, в отличие от фигурирующих в некоторых современных работах неких казачьих сотен, которые в декабре 1915 года лихо атакуют неприятеля с пиками (поясним, что на то время в Экспедиционный корпус входили части только Кавказских Казачьих Войск, пик на вооружении не имеющих). Или (из этих же работ) невесть откуда взявшиеся в корпусе Баратова в феврале 1916 года под Керманшахом пластуны Кубанцы...
Небезынтересны сведения о боевой работе первых партизанских сотен и их командирах — Л.Ф. Бичерахове, А. Г. Шкуро285, о роли полковых священников в частях корпуса, о прибытии Походного Атамана всех Казачьих Войск Великого князя Бориса Владимировича286 на фронт и смотре полкам по случаю Георгиевского праздника.
Некоторых офицеров корпуса, как, например, остававшихся неизвестными до настоящего времени участников рейда сотни Гамалия, удалось установить лишь сейчас. А также связать имя казачьего офи-цера-партизана с судьбой некоего «колонеля де Базиль», возрождавшего русское искусство за рубежом.
Первая книга «Корпус генерала Баратова» выходила небольшим тиражом (М., 2002). Настоящее издание является дополненным и переработанным — в него вошли неизвестные ранее документы, рас-
ширен справочный аппарат и приложения, составлены биографические справки на офицеров ОККК с установленными боевыми наградами. Написание имен, географических названий, других обозначений в документах, так же как орфография и стиль оригинала, по возможности сохранено.
Автор выражает глубокую благодарность за помощь в работе доктору исторических наук С.В. Волкову, главному редактору журнала «Военная Быль» А.С. Кручинину, военному историку А.В. Марыняку, историку ОКБ В.Г. Семенову, сотрудникам отдела Русского зарубежья Российской государственной библиотеки, сотрудникам Российского государственного архива кинофотодокументов Г.В. Королевой и Н.А. Большаковой, исследователям Ю.Г. Курепину (Екатеринбург), А.В. Петрову (Самара), Р.В. Сливину (Воронеж).
В новое издание добавлены многие фотографии, полученные от людей, имена которых с признательностью указаны в надписях под снимками.
Формирование корпуса. Первые бои
С началом Великой войны 1914 года Персия заявила о своем строгом нейтралитете, к которому Россия и Англия отнеслись с должным уважением. Несмотря на заявление, в стране началась агитация воюющих с союзниками держав — Германии, Австрии и Турции. Российские и английские консулы были изгнаны из городов Керманшаха и Ха-мадана, убит русский вице-консул в Исфагане и ранен английский, убит английский вице-консул в Ширазе. Жизни и имуществу иностранных подданных угрожала серьезная опасность, в русскую миссию из самых разнообразных источников поступали сведения о приготовлениях немцев. Путем провокации персидских жандармов заставили восстать и перейти на сторону противника. Конвоируемые жандармами крупные транспорты с оружием никем не досматривались и ввозились в германскую и турецкую миссии в Тегеране. Немцы распускали слухи, что Каз-винский отряд русских войск (остававшийся на персидской территории еще с похода 1909—1914 годов численностью около тысячи человек, в составе полубатальона, семи сотен и двух орудий) является последним резервом, который Россия может бросить в Персию.