В доме у д’Юрфе Авантюрист познакомился с удачливым конкурентом — графом де Сен-Жерменом, загадочным существом, как назвал его прусский король Фридрих II. В отличие от Казановы Сен-Жермен обладал не только даром рассказчика, но и умением молчать, а посему снискал расположение и в аристократических салонах, и у самого короля. Разносторонне образованный, свободно говоривший на нескольких языках, он успевал всюду. Женщины были от него без ума, великие мужи, среди которых можно назвать Гёте и Шиллера, пытались разобраться в магии его обаяния. Мадам де Помпадур превозносила его до небес. Даже Казанова, считавший Сен-Жермена прирожденным обманщиком, не отказывал ему ни в уме, ни в обаянии. Конечно, когда граф утверждал, что живет на свете более трехсот лет, умеет плавить бриллианты и владеет секретом вечной молодости, люди здравомыслящие имели право усомниться в его искренности. Но в целом игру по введению в заблуждение дураков он вел значительно более тонко, нежели его венецианский собрат. Так, к примеру, оба авантюриста подвизались на ниве омоложения прекрасных дам. Но если Сен-Жермен, поставляя женщинам пудру для вящей красоты и воду для омоложения и замедления старения, никогда не обещал скорого результата, то Казанова, не раздумывая, шел просто на дешевый подлог.
О способе омоложения а la Казанова рассказал в своих записках авантюрист Лоренцо Да Понте, лично знавший Соблазнителя. Как-то раз, когда Казанова особенно нуждался в деньгах, его познакомили с одной состоятельной дамой преклонного возраста, по-прежнему продолжавшей заглядываться на мужчин. Казанова стал усердно исполнять роль преданного воздыхателя, однако вскоре понял, что дело не выгорит, так как увядающая красавица неожиданно часто стала смотреться в зеркало, подсчитывать морщины и думать о вечном. Тогда Соблазнитель решил поведать ей под большим секретом способ омоложения, после которого тело вновь становится свежим и прекрасным, как у пятнадцатилетней девочки. Дама проявила к сообщению живой интерес, и Казанова, дабы не быть голословным, предложил в тот же вечер продемонстрировать свой способ. Увядающая красавица согласилась и, как он велел, отослала из дома всех слуг, дабы чей-нибудь дурной глаз не помешал действию колдовских заклинаний. Тем временем Соблазнитель помчался к знакомой молоденькой куртизанке и, пообещав солидное вознаграждение, предложил сыграть комедию. Загримировав девицу под семидесятилетнюю старуху, он вместе с ней отправился к легковерной увядающей красавице. На глазах у изумленной дамы он извлек из кармана флакон темного стекла, дал «старухе» выпить его содержимое, произнес магические слова, а затем уложил ее на кушетку и с головой накрыл черным покрывалом, под которым куртизанка быстро избавилась от грима. Через несколько минут из-под покрывала выпорхнула очаровательная юная девица. Увядающая красавица была потрясена, она обнимала и целовала девицу, тормошила ее и засыпала вопросами, на которые та отвечала бойко, но уклончиво. Опасаясь, как бы куртизанка не наговорила лишнего, Казанова быстро увел ее из дома, а когда вернулся, нашел увядающую красавицу в состоянии, близком к экстазу. Бросившись ему на шею, она потащила его к себе в кабинет, распахнула шкаф, где хранила деньги и драгоценности, и объявила, что после операции омоложения отдаст ему руку и сердце и все свое состояние в придачу. После такого заявления Казанова, не теряя времени, вынул из кармана второй флакон, где, в отличие от первого, была уже не безобидная жидкость, а настойка лауданума, дал выпить ее увядающей красавице, произнес заклинание, а потом отвел ее на кушетку, уложил и накрыл тем же самым покрывалом. Под воздействием опиума легкомысленная особа вскоре сладко захрапела, а Казанова, забрав шкатулку с драгоценностями и золото, поспешно удалился.