-Нет, - отвечаю, даже не думая.
-А я скажу. У тебя нет шансов, Тёма. Полине палец в рот не клади – по локоть откусит. Девочка очень талантлива, не знаю, что она делает на юридическом, в прочем, как и ты. Признаюсь, это в вас схожее. Но, если ты ей не нравишься – то вряд ли что-то изменится.
-Дашь роль? – разумеется, речь была очень интересная, но у меня уже есть план.
-Хочешь подобраться к Полине? У неё главная роль. Готов играть с ней на равных? – оо, по глазам Луизы вижу, что она в меня не верит.
-Пф, как нефиг, - отмахиваюсь.
-Господи, Тёма, что за выражения! Текста будет много, его нужно учить наизусть.
-Чёрт, - чешу затылок, -а без этого никак? – с надеждой смотрю на женщину, а она лишь вопросительно выгибает брови, мол, ты серьёзно?
-Ладно, признаюсь, ступил. Выучу я текст, не переживай.
-Тогда, ты принят. Будешь Петруччо.
-Кем? – хмурюсь. – И что за спектакль?
Луиза усмехается, а в глазах искры.
-«Укрощение строптивой.» И что-то мне подсказывает, что будет очень весело.
-Луиза, безмерно благодарен, - поднимаюсь на ноги, и отвешиваю поклон.
-Ну, Тёма, с поклонами уже проще. Их ты делать умеешь.
-Я и целоваться на сцене смогу без проблем, - улыбаюсь во весь рот.
-Целоваться ты будешь за сценой, дружок. Всё, иди. У меня много работы. Маме привет.
-Луиза, я, наверное, буду очень наглым, но хочу попросить тебя ещё кое о чём.
-Говори.
-Ты не могла бы завтра сама сообщить Полине, что теперь её партнёр по сцене я?
Ох, я уже предвкушаю, как девчонка будет рвать и метать.
-Дурачок ты, Тёма, - качает головой Луиза. – Сообщу, если увижу.
Целую женщину в щёку, и удаляюсь, пока она не передумала. Луиза мастер своего дела. Помимо нашего универа, она режиссёр и нашего городского театра. Её ученики и ученицы поступают в Москву, и в ГИТИС, и во ВГИК. То, что она взяла меня в свою постановку – говорит о том, что она во мне что-то видит. Будь я бездарностью – в жизни бы не согласилась, даже несмотря на то, что мама её подруга.
На следующий день, Полина рвала и метала, когда узнала, что я теперь её партнёр. Это я понял, когда мы с ней встретили наших друзей на входе в альма-матер. Не передать словами, какое удовольствие я почувствовал от её злости. Кажется, что такого удовольствия я не чувствовал даже от секса, в последнее время, который стал пресным и однообразным.
Глава 2. Полина
Вхожу в университет, и сразу же замечаю своего любимого режиссёра, Луизу Степановну.
-Здравствуйте, - встречаю её ослепительной и искренней улыбкой.
-Привет, милая, - женщина подходит ко мне, и тоже улыбается. – Помнишь, что сегодня репетиция?
-Конечно, - слегка хмурюсь, - что-то случилось?
-Нет, - улыбается Луиза Степановна, но я же чувствую какой-то подвох! – Полин, у нас подвис вопрос насчёт Петруччо, но вчера вечером он решился.
-Серьёзно? – радостно восклицаю. –Значит сегодня будет отличная репетиция! Мы наконец-то сможет отработать все диалоги. А кто будет играть? Игнат, всё-таки, передумал? – Игнат очень талантливый парень, но сейчас отказался от театра, так как готовится в преддипломной, и плюс, устроился на работу.
-Нет, Игнат, к сожалению, не передумал, но новый актёр сыграет не хуже Игната, будь уверена. Петруччо будет играть Артём Шварц, знаешь его?
Я молчу, мои глаза готовы выкатиться из глазниц. Женщина явно шутит, это же прикол, правда? Это не может быть правдой, мать его дери! Шварц, актёр? Господи, помилуй, да он же бездарь! Он и стишок не расскажет, я уверена на сто процентов.
-Эм, Луиза Степановна, вы шутите? – спрашиваю, на всякий случай.
-Нет. Полина, слушай, я вижу Артём тебе не по душе.
-А он кому-то по душе? – выгибаю брови, и только потом понимаю, какую чушь сморозила.
Это же Артём, мать его, Шварц. Звезда, плейбой, мечта всех девчонок. Но не для меня. Чары этого слащавого бабника пали даже на мою лучшую подругу. Бедняжка уже четыре года в него влюблена. Вся комната развешана его фотками, и есть даже сфотошопленные, где они, типо, вместе. Как лучшая подруга, я ей помогаю, чем могу, но это же смешно. Моя Василиса достойна лучшего, чем этот бабник. Я уверена, что то, что парень попал в театр – не случайное событие. Вчера, я случайно вылила на Шварца кофе. Придурок кричал, чтобы я извинилась. Но, за что я должна была извиняться? Он тоже в этом был виноват, и по его вине, я осталась без кофе. Поэтому, вместо того, чтобы извиниться, я его послала. И что в итоге? Он теперь играет главную роль в моём любимом театре, куда я приходила расслабиться, и отдохнуть душой.