За этими размышлениями он не заметил, как перешел Маленький мостик, перекинутый через бывшее русло Казанки, в районе льнокомбината.
«Кто больше заплатит – милиция или Андрей?» – снова подумал он и споткнулся о торчавшую из земли проволоку.
Он растянулся на земле и громко выругался матом. Кефир, был весь в грязи, а его старые и изрядно изношенные ботинки были порваны. Подошва ботинка оторвалась, и в образовавшейся дыре виднелись рваные грязные носки.
Придя домой, Новиков застал полупьяную сестру, которая сидела за столом и пила вино с незнакомыми ему ребятами. Увидев брата в совсем уж неприглядном виде, она пьяно рассмеялась и стала показывать на него пальцем. Кефир нахмурился, прошел через всю комнату и одним ударом опрокинул сестру на пол. Она поднялась и с воплем бросилась на него. Следующим ударом он разбил ей лицо. Сестра громко заплакала и стала грязной рукой вытирать слезы на глазах. Наблюдавшие за сценой собутыльники не проронили ни слова, быстро допили вино и ушли.
Владимир сел за стол и стал подъедать остатки закуски. Доев остатки, он лег на засаленный диван и вновь предался своим мечтаниям. Он решил встретиться с Андреем и сообщить ему о полученной информации. Размышляя о последствиях этого шага, он не заметил, как задремал. Кефир открыл глаза, услышав шум в квартире. Ходики хрипло тикали на стене. Сколько было этим часам, он не знал, но ходили они хорошо и за неделю убегали всего лишь на пять минут. Часы показывали седьмой час вечера. Он пошарил рукой под диваном в поисках какой-нибудь обуви. Перебирая старье, он нашел стоптанные, но еще крепкие ботинки и в них вышел на улицу.
Около «Дома быта», который находился рядом с его домом, он встретил знакомых ребят, которые бурно обсуждавших последнюю игру «Динамо» и «Спартака». Их спортивная беседа плавно перетекла к вопросу о выпивке. Обшарив все свои карманы, компания набрала лишь полтора рубля. Вручив деньги Кефиру, они продолжили разговор, а он, побежал в соседний дом за вином. Вернулся он быстро. Они все зашли в подъезд соседнего дома, где без закуски из горлышка выпили вино и опять вышли на улицу.
Андрея Кефир увидел еще издали. Он, незаметно, оторвался от собутыльников, направился ему навстречу.
– Привет, Андрей! – произнес он и протянул ему руку.
Андрей, словно не замечая Новикова, прошел дальше.
– Андрей! Есть тема, надо обсудить, – начал Кефир и засеменил вслед за ним. – Андрей! милиция разыскивает человека, у которого имеется немецкий трофейный нож. Я знаю, такой нож есть у тебя. Будь осторожен, не попади под ментовский замес.
Андрей резко развернулся и ударил Новикова. Удар пришелся точно в нос. Кефир упал на землю и непонимающе посмотрел на него.
– За что? Ведь я только хотел предупредить тебя и все.
Второй удар был таким же сильным и хорошо поставленным. Он снова отлетел в сторону и упал на дорогу. Баринов еще пару раз жестоко пнул его в лицо.
– Я же тебе еще тогда с казал. Не подходи ко мне, стукач! Убью сука! – прохрипел он и, не оборачиваясь, пошел дальше.
Владимира подняли наблюдавшие за его избиением собутыльники. Лицо его было сильно разбито, из сломанного носа ручьем текла алая кровь. Он хотел что-то сказать, но разбитые губы не шевелились. Новиков выплюнул два выбитых передних зуба и почувствовал сильную боль в голове. Тошнота волной подкатила к горлу и он, отвернувшись в сторону, выплеснул все, что было в его желудке.
Идти самостоятельно он не мог, и ребята повели, а вернее понесли его домой. Несмотря на боль, он был рад, что все так хорошо обошлось, ведь Андрей действительно мог его убить. Ему было до слез обидно за то, что пусть и за деньги, но он все же хотел помочь Андрею.
*****
Весь отдел вторую неделю работал по розыску преступников, а вернее одного из них, которого хорошо запомнил Вагапов. Приметы остальных были настолько общими, что по ним можно было ежедневно задерживать тысячи людей.
Время шло, а реальных успехов не было. Многие уже склонялись к мысли, что преступниками оказались гастролеры, но Абрамов по-прежнему считал, что это были наши казанские преступники, ранее не попадавшие в поле зрения милиции. За водителем было установлено круглосуточное наблюдение, однако он по-прежнему ни с кем не встречался и все вечера проводил дома. Они каждый день приглашали его в МВД и показывали ему альбомы со снимками ранее судимых преступников. Но, уже через пятнадцать минут он откладывал альбом в сторону, потому что все лица начинали сливаться у него перед глазами.