***
Она с утра не отходила от окна. Все мысли были связаны только с Максимом. Светлана уже не надеялась его увидеть сегодня, будучи уверенной, что его уже задержали. Вдруг она заметила, как из подъехавшей машины вышел Марков. Он быстро пересек проезжую часть улицы, вошел в подъезд и даже не успел нажать на звонок, как она сама открыла ему дверь. Ее опухшее лицо явно свидетельствовало о бессонной ночи. Максим рассказал ей, что увез мать в больницу и по рекомендации врача ей предстоит операция на сердце. Он еще раз попросил Светлану не оставлять мать без внимания.
Они сидели на диване и никак могли наговориться, потому что оба хорошо понимали, что это возможно их последняя встреча. Оба старались не думать об этом и гнали эти мысли от себя прочь. Светлана гладила его мягкие волосы, стараясь запомнить любимого красивым, сильным и свободным. Ему же не было необходимости куда-то спешить, впереди у него была только тюрьма и он, как и раньше, вдруг снова растаял в ее ласках. Он ушел около семи часов вечера. Немного побродив по улицам весеннего города, он вернулся домой. Ему не хотелось подводить знакомых или друзей, скрываясь у них. То, что его задержат, он уже не сомневался, однако долго жить с таким грузом ежедневно ожидая ареста, ему было очень тяжело. Дома он включил телевизор и лег на диван. Пустая квартира давила на его психику и он, пытаясь не думать о матери, стал анализировать события последних дней.
Интересно, чем располагает следствие в отношении него? Его кроме своих ребят не видел никто, а тем более водитель. Он хорошо помнил, что вышел из своей машины лишь тогда, когда Андрей натянул на голову шофера мешок. Свидетелей нет, Андрей погиб, Олег пропал, куда-то уехал. Единственным человеком, который может его сдать, оставался Алмаз. Но Алмаз не лох, сдавая Максима, он автоматом «заряжается» и сам на большой срок. Это ему невыгодно. Это значит, что его участие в налете будет доказать довольно сложно. Похищенных мехов у них нет. Меха они никогда не найдут, денег тоже нет. Чем будут доказывать его вину милиция, он не знал. Он не настолько глуп, чтобы сознаваться в этом преступлении.
Максим прошел на кухню, достал из шкафа бутылку коньяка и, налив полный стакан, выпил. Пошарив в холодильнике, он нашел банку шпрот, открыл ее и поставил на стол. Он налил еще половину стакана коньяка и залпом выпил. Коньяк, как и в предыдущий раз, ожег горло и теплой массой опустился вниз. Максим закусил шпротами и стал одеваться.
Выйдя на улицу, он осмотрелся по сторонам и напрямую направился к машине оперативников.
– Прошу вас, меня извинить, – с явной издевкой начал парень, обращаясь к одному из оперативников, вышедшему из машины. – Завтра я непременно напишу вам свое расписание, где, когда и в какое время я буду находиться. Это для того, чтобы вам поменьше тратить государственные деньги на погони за мной по всему городу.
Оперативнику стоило немалых усилий, чтобы сдержаться. Максим, пошатываясь, направился к себе домой, где принял душ и лег спать. Что будет завтра, он не знал, ему уже было все равно, и строить планы на завтра он уже не собирался.
***
Ежедневные сводки наружного наблюдения за Марковым не доставляли Абрамову особой радости. Как он и предполагал, парень оказался достойным противником. Ему удалось несколько раз расшифровать сотрудников наружного наблюдения, несколько раз оторваться и уйти от них, однако, задерживать его Виктор не спешили, слишком малыми были доказательства его причастности к налету. Проведенное опознание его личности по фотографии, дало отрицательный результат. Вагапов не опознал в нем налетчика.
В течение последних двух дней оперативникам не удалось узнать, где и у кого мог находиться Марков в течение нескольких часов. За это время можно было не только спрятать похищенное, но и сто раз перепрятать его. В отношении второго фигуранта также не было пока ничего ясного. Он пропал, словно камень в воде. Проведенная установка по месту его проживания также ничего не прояснила. Со слов родителей, сын внезапно уехал из города на какие-то заработки и пообещал сообщить свое местонахождение лишь после того, как устроится на месте. Обсудив сложившуюся ситуацию с начальником Управления, Абрамов принял решение о задержании Маркова. Работать за ним «по воле» было бесперспективно.