***
Услышав из-за двери приглашение, они все вместе прошли в кабинет и сели за большой овальный стол.
Заместитель министра вышел из-за своего стола.
– Ну, кто начнет доклад? – спросил он.
Его взгляд не предвещал ничего хорошего, и неприятное предчувствие сжало сердце Абрамова. Слово взял начальник следственного управления Зиганшин. Он доложил о работе следственного Управления, назвал количество допрошенных людей, произведенных обысков, назначенных экспертиз. Он говорил достаточно долго, чем вызвал недовольство заместителя министра.
– Ну и что дальше? Из вашего доклада я не понял, что же делает следственное управление для того, чтобы уличить задержанных в совершении преступлений? Говорили вы много, засыпали меня цифрами, а конкретики никакой. Как же так получается, что эти ранее не судимые ребята, вдруг стали такими рецидивистами, что ни уголовный розыск, ни следствие не могут доказать их причастность к совершенным преступлениям? Что, работать разучились? Если вы не можете этого сделать, то гнать вас надо всех в шею, а ребят просто отпустить, как лиц, пострадавших от произвола милиции. Вы этого добиваетесь?
Начальник следственного Управления попытался что-то возразить, но на него так посмотрели, что Зиганшин замолчал на полуслове.
– А, что скажут представители оперативных служб? – тихо спросил он и посмотрел на начальника Управления уголовного розыска.
Тот перевел свой взгляд на Виктора. Абрамов начал свой доклад с момента, когда им впервые поступила информация о кражах с меховой фабрики. Чем дольше он говорил, тем суровее становилось лицо заместителя министра. Когда Виктор закончил, в кабинете повисла небольшая пауза, которую прервал заместитель начальника Управления уголовного розыска Носов.
– Прошу прощения! Я всегда считал, что отдел явно не дорабатывает, – начал он. – Однако, несмотря на мои замечания, начальник отдела не только не активизировал работу своих подчиненных, но порой прекращал ее по различным надуманным причинам.
– Погодите, – прервал его заместитель министра, – насколько я помню, ответственным за разработку этой группы назначены вы лично! Может, я что-то путаю?
Абрамов невольно взглянул на начальника Управления и увидел недоумение, которое читалось у него на лице. Он встал и принялся разъяснять позицию уголовного розыска, в раскрытии этого преступления.
Начальник Управления доложил то, что Виктор не решился озвучить на этом совещании. Он сообщил о том, как была провалена следствием попытка провести опознание, задержанных за это преступление. Он не стеснялся в оценке сотрудников следствия, которые так глупо и непрофессионально действовали на очной ставке, проводимой ими самостоятельно, без сотрудников уголовного розыска. Они, планируя это опознание, не подготовили не только свидетеля, но и представили задержанного на опознание без ремня и шнурков на ботинках, а главное, проводили его в отсутствие адвоката.
– Если бы мы сейчас даже имели положительный результат в опознании, то все негативные моменты, которые я озвучил, свели бы этот результат на нет. – в заключении произнес он. – Представьте себе: водителю, который еще не забыл угрозы преступников, пытавшихся подорвать его квартиру, вдруг предъявляют на опознание задержанных! Что, нельзя это сделать было дня через два, соответственно подготовив его к этой процедуре.
Когда начальник Управления закончил, слово взял заместитель министра.
– Ситуация ясна. У нас на сегодня нет никаких доказательств вины группы Маркова. Здесь мы в дерьме, по самые уши. Мне неприятно об этом говорить вам, но приходится констатировать это, как факт. Проколов много. Надо признаться, что эти ребята оказались более подготовлены, чем мы. Нам до сих пор неизвестно, где находятся меха, сколько лиц принимало участие в налете. Имеем лишь предположения. Так не пойдет! Нам этого никто не простит, и нас не поймут! Поэтому считаю, что сейчас надо приложить все усилия, чтобы доказать их причастность к кражам с фабрики. Для этого необходимо поднять все материалы и возбудить уголовное дело по данному факту. Руководство фабрики готово написать необходимое для этих целей заявление. Надо привязать этих ребят ну, хотя бы к этим кражам. В отношении разбоя работать дальше, думаю, не имеет смысла, если привяжем их к кражам с фабрики, то сделаем большое дело. Поэтому приказываю, приостановить работу по разбою до лучших времен надеюсь, что начальник Управления уголовного розыска и вы, Абрамов, поняли меня? Перебросить все силы отдела на раскрытие краж с фабрики.