— Ты читал мои мысли? — осторожно спросил он, глядя мне глубоко в глаза.
— Я собирался, — признался я, и моё сердце билось в моих ушах быстро и громко.
— Но ты этого не сделал, — он звучал невероятно с облегчением. Он его слов последовала мгновенная боль в моём боку, но я не понимал его; я уже знал, что Джим не хотел делиться своим разумом со мной.
— Нет.
— Тогда не смотри на меня так, — скомандовал капитан.
— Я не могу смотреть на вас иначе, Джим.
Мой голос слегка дрогнул. Я перестал говорить.
— Эй. Все нормально. Дыши. Расслабься. Всё в порядке, — он нежно поцеловал меня в лоб, прижав руки к груди. — Успокойся. Мы в порядке. Успокойся. Мы будем в порядке.
Я хотел, чтобы он продолжал это делать, но ему нужно было уйти.
Он сделал это, отойдя на несколько шагов назад.
— Всё в порядке, Спок, — снова сказал он, и я закрыл глаза и заставил себя сделать единственное, что спасло бы нас.
Я ему поверил.
— Давай спать, — твёрдо сказал Джим, — давай спать, и как только мы отдохнем, всё будет лучше, я обещаю.
Но со мной случилось очень странное явление.
Я снова овладел своими эмоциями.
— Я верю… всё хорошо, капитан, — сказал я. Мои щиты были укреплены. Мои чувства перестали быть неустойчивыми и с трудом сдерживаемыми. Я не чувствовал себя в безопасности с тех пор, как мы начали обниматься. — Поверьте, моё безумие прошло.
Джим моргнул. Затем, с огромным усилием, он ухмыльнулся.
— Безумие, да? Это то, как вы, вулканцы, называете это?
Я позволил маленькой улыбке коротко показаться на моём лице. Джим понял это, и его выражение стало более искренним.
— Ты уверен, что с тобой всё в порядке? — с надеждой спросил он.
— Да.
Мой разум, очевидно, создал вокруг себя крепость для самозащиты, достаточно мощный щит, с которым я был под контролем. За стенами было что-то, что я знал, с этим мне пришлось бы иметь дело, но мне нужно было подождать немного. Эта ночь. Я собирался позволить себе провести эту ночь в блаженном забвении.
— Это восхитительно. Я так рад, что с тобой всё в порядке.
— Должен признаться… Я тоже чувствую облегчение. Я этого не ожидал.
Была пауза.
— Давай обнимемся, — сказал Джим с усмешкой.
— Что?
Он хотел, чтобы я снова коснулся его? Разве он ничего не понял?
— Тебе сегодня сложно, не так ли? — он сделал шаг ко мне. — Я имел в виду, давай обнимемся и оставим всё это позади, хорошо? Всё будет хорошо. — Под его лёгким тоном я мог почувствовать что-то ещё. Страх, зеркало моё. — Спок… с нами всё будет нормально, верно?
Я раскрыл руки, и он бросился в них, глубоко и довольно.
— Слава богу, я всё ещё могу это сделать, — прошептал он.
— Я тоже благодарен.
Из-за недавней ситуации между нами, это объятие было коротким, и Джим ушёл с застенчивой усмешкой.
— Эй, по крайней мере, я, наконец, заставил тебя признать, что я тебя привлекаю.
— Я уверен, что никогда не говорил этого, — сказал я.
— Ты шутишь, верно? — Джим рассмеялся.
— Нет, — разве он не понял, что в моей голове шуток не было?
Я подошел к кровати и забрался внутрь. От неё пахло тем, что произошло. К счастью, ментальные щиты держались до сих пор.
— Верно, конечно, мы просто хорошие коллеги… — я посмотрел на него с приподнятой бровью: «Боже мой, вы серьезно!» Он вскочил и прикрылся куском ткани. — Это бесценно! Ты на самом деле говоришь…?
— Вы не привлекаете меня, Джим.
Не было необходимости усложнять эту ситуацию больше, чем уже было.
— И ты ожидаешь, что я поверю в это? После всего, что просто… почти произошло?
— Конечно вы не услышите, что я говорю иначе, — «мне не нравилось лгать, и сегодняшние события доказали, насколько это плохо, но у меня не было выбора».
Кроме того, удивительное выражения лица Джима было довольно юмористическим, чтобы понаблюдать.
— Я не могу тебе поверить.
— Тогда вы останетесь под ошибочным впечатлением, капитан.
— Серьёзно? Мы ещё посмотрим.
Он удобно потянулся и закрыл глаза с широкой, злорадной улыбкой.
— Спокойной ночи, Спок.
И вдруг я уже не был уверен, что выбрал более разумный вариант. Лучший, конечно, но… тон Джима что-то обещал. Обещание, которое говорило о больших проблемах.
— Спокойной ночи, Джим.
Несмотря на всё, я спал глубоко, и полностью успокоенный присутствием Джима… так близко.
========== Часть 14. Четырнадцатый раз ==========
Отношения между капитаном и мной не сильно изменились после событий на Брин V, хотя мы больше с тех пор не соприкасались, не говоря уже об объятиях. Я был рад этому.
На мостике мы постоянно оставались профессионалами, по крайней мере, такими же профессионалами, как и раньше, и когда мы не работали, мы всё же иногда ели вместе, если наши смены позволяли. Джим даже не прибегнул к человеческому обычаю притворяться, что то, что случилось в ту ночь… не произошло. Фактически, когда мы были одни, он часто ссылался на это. Довольно часто.
Невероятно часто.
Действительно, это было беспричинное количество раз, когда он возвращался к этой теме в разговорах, пытаясь поймать меня врасплох или загнать меня в ловушку. Он был упрям и настойчив, но я всю жизнь учился скрывать то, о чём я думал. Я не видел логики, говоря ему, что его подозрения верны; Джим, будучи уверенным, что меня влекло к нему сексуально, никоим образом не изменил нашу нынешнюю ситуацию.
После обширного посредничества и внутренней борьбы я решил не нарушать щиты, созданные моим умом, чтобы защитить себя. Я не знал, от чего это защищало меня, но если бы моя реакция была настолько инстинктивно мощной, она должна была стать лучше после того, как я дал себе время восстановить силы и порядок в голове. Не было непосредственной опасности. После периода интенсивной борьбы и начала опасной спирали, которая была Джимом Кирком… логично было отложить возможный кризис, пока я не был готов столкнуться с его последствиями и справиться с ними.
Лишь иногда, когда я засыпал, странный насмешливый голос шептал мне в ухо… что я боялся.
— Ты вообще слушаешь, что я тебе говорю, Спок? — голос Джима громко прозвучал по коммуникатору. Я сидел в своей комнате, готовясь встретиться с ним в спортивном зале для спаррингового матча. Мы с капитаном никогда не сражались раньше… в развлекательных целях. Я должен был признать отрицательную инстинктивную реакцию на эту деятельность, потому что Джим попросил меня присоединиться к нему самым необычным образом. Точный разговор звучал так:
— Итак, Спок, вот сумасшедшая идея; ты и я, завтра, спарринг-матч. Звучит как хороший план?
— Я думаю, что нет.
— …Ого, хорошо. Ты собираешься обосновать этот отказ?
— Я бы с легкостью вас одолел. Борьба с вами не была бы проблемой для меня, и вы могли бы лучше попрактиковаться с кем-нибудь другим. Каким-нибудь человеком, который будет подобран вам, исходя из физических характеристик.
— Подумай об этом как об услуге, что я могу совершенствоваться.
— Вы можете совершенствоваться, сражаясь с другим человеком.
— … Да. Ладно, я думаю, в этом есть смысл… может быть, я могу попросить Кайла, он, вероятно, скажет «да».
— Энсин МакГрегор? Плохой выбор, он намного выше вас и имеет больше мышечной массы.
— О, моё мышечное состояние идеально.
— Я сказал, что у него больше, я не сказал, что ваше не является совершенным.
— …
— Джим?
— Мм? Ничего. Ладно, как насчет офицера службы безопасности?
— Если вы так настаиваете на спарринге с кем-то из тех, кто превосходит вас по силе, я полагаю, мне придётся выступить добровольцем. Я — лучший кандидат, потому что я не причиню вам вреда непреднамеренно.
— Потрясающе. Итак, ты и я, завтра, спарринг-матч. Вот это план.