– Позволь мне в общих чертах обрисовать тебе процедуру – про нее мало кто знает. На нашей встрече мы не будем вести видео– или аудиозапись, хотя можем делать записи в блокнотах. – Том указал на чистый блокнот, лежащий перед ним. – Если ты хочешь сделать какие-нибудь пометки – мы можем дать блокнот и тебе.
– Да нет, спасибо. – Эрик все так же не сводил глаз с доски и теперь читал колонку без названия: «случаи неправильной маркировки сильнодействующих препаратов», «непредотвращенные несчастные случаи», «случаи падений с травмами», «серьезные происшествия», «случаи срабатывания сигнализации» и так далее… Напротив каждого из этих событий стояли разные даты, и Эрик вдруг понял, что этот список – не что иное, как перечень ошибок персонала больницы, и невольно задумался: уж не попал ли он в комнату, где осуществляется смертная казнь. Что ж, если так – то он вполне на своем месте.
– Наша встреча продлится около часа, и во время нее мы обсудим обвинение в сексуальном домогательстве, которое выдвинула против тебя Кристин Малин, студентка, проходящая практику под твоим руководством.
Эрик невольно съежился при звуке этих слов, сказанных в присутствии Сэма. Даже если его заместитель до сих пор ничего не знал – теперь он точно знает. И теперь ему понятно поведение Эрика во время сегодняшней пятиминутки в отделении.
– Вопросы буду задавать я. Здесь не римский триумвират, мы не будем задавать тебе вопросы по очереди. И тебе не придется клясться на Библии или приносить присягу. Мы и так знаем, что ты честный человек, и верим, что ты скажешь нам всю правду.
– Спасибо. – Эрик заставил себя оторвать взгляд от белой доски, боясь, что это выглядит странно, словно он актер, читающий субтитры.
– И наконец – ты можешь задавать любые вопросы. Потому что здесь у нас не суд – здесь обсуждение. У тебя есть вопросы по процедуре или мы можем начинать?
– Есть. – Эрик усилием воли сохранял спокойствие. – А что будет потом? Вы выслушаете меня, потом примете решение, виновен я или нет? Вы втроем вынесете приговор?
Том кивнул.
– В общем, так оно и есть, но это только часть расследования. Следователь встретится с истицей, мисс Малин, и вынесет суждение относительно правдоподобности ее обвинений. Мы рассмотрим его мнение и вынесем окончательное решение в течение недели.
Эрику кое-что стало понятно.
– Значит, Кристин, то есть мисс Малин, сегодня допрашивают?
– Да, я уверен, что именно так, сегодня днем.
– Так я и знал! – Эрик в ярости подался вперед. – Слушайте, я не знаю, почему и зачем она лжет и обвиняет меня в том, что я не делал, но сегодня она выглядит совсем не так, как все это время. Она обычно носит линзы и ходит в платьях в облипку, на ней всегда яркий макияж и короткие юбки, а сегодня она в очках, брюках и блейзере! И волосы у нее убраны в хвостик. И на ней ни капли косметики!
– Что ты хочешь этим сказать, Эрик? – Том нахмурился.
– Я думаю, она специально так оделась для сегодняшнего допроса. Я думаю, она пытается создать фальшивое впечатление, что она одевается скромно и никогда не старается выглядеть слишком уж привлекательной. – Эрик понимал, что это звучит как попытка оправдаться, и поспешил объясниться: – Это я не к тому, что ее внешний вид и манера одеваться спровоцировали меня на сексуальное домогательство, клянусь вам, я не домогался ее! – Эрик взглянул на Сэма. – Сэм, ты работал с Кристин все это время. Ты понимаешь, о чем я говорю? Разве она не выглядела сегодня на утреннем совещании совсем не так, как обычно?
– Ну, если честно, то это действительно так, – кивнул Сэм, поворачиваясь к Тому. – Том, Эрик совершенно прав. Я никогда не видел Кристин такой, как сегодня. Разумеется, это ни в коей мере не оправдывает сексуальное домогательство, но Эрик абсолютно прав. Кристин очень симпатичная, если, конечно, я имею право так говорить… – Сэм запнулся. – Я могу так говорить, Том?
– Да, – ответил Том.
– Окей, – продолжил Сэм. – Так вот, она красива, и она обычно вызывающе одевается – все сестры в отделении говорили об этом, они все считали, что ее юбки слишком короткие. Вам все наше отделение это подтвердит. А сегодня она вдруг пришла в очень скромной одежде. Я даже, признаться, подумал, что она больна, когда она вошла в зал совещаний, решил, что у нее грипп.
– Спасибо! – воскликнул Эрик. – Сэм, спасибо, именно это я и имел в виду! – Он возбужденно повернулся к Тому. – Том, ты слышал? Это же доказательство! Я клянусь тебе, я не домогался ее! Я никогда…
Том предупреждающе поднял палец вверх: