Я конечно знала о таких возможностях, но вот использовать не думала. Просто в голову не пришло «прилечь» в кино, да еще на первом свидании. Но заморачиваться по этому поводу не стала, тем более мой сотоварищ по просмотру фильма тоже не против неформального время проведения.
И вот свет гаснет полностью и я, в ожидании чуда, смотрю на экран. Все-таки как много зависит от антуража.
Милая история о неотразимом герое и влюбленной в него помощнице-дурнушке. Она тихонечко вздыхает и кладет свой недюжинный талант на алтарь его побед, а он вовсю использует ее привязанность и галантно не замечает чувств девушки. Было бы печально, если бы фильм не был приправлен незамысловатыми шутками и простым как «лопата» юмором. Поэтому мы смеялись, и ничто не омрачало наш отдых.
Прошло чуть больше пяти минут с начала фильма, когда сосед по диванчику взял мою руку в свою и стал поглаживать и слегка массировать ее. Он сделал это так естественно и непринужденно, что у меня даже сомнения не зародилось в неправильности ситуации, тем более не возникло желание прекратить причинение мне удовольствия. И никакого внутреннего самопризыва к скромности… или что там еще должно украшать девушку. Хотя я и раньше не была склонна к штампам в поведении, а сейчас, не чувствуя напряжения, стеснения и прочей «сопутки» неуверенности, просто продолжила смотреть фильм и получать удовольствие от массажа кисти.
А вот когда мою руку потянули вверх, я уделила этому действу больше внимания и повернула голову дабы проследить как мои пальчики медленно подносят к губам. А я, словно завороженная, смотрю на полулежащего рядом со мной мужчину, несомненно красивого, но, в принципе, совсем мне не знакомого. И здравый смысл зудит о том, что продолжать подобные игры не разумно… И тут Богдан, поймав мой взгляд, преодолел последние миллиметры и я почувствовала подушечками пальчиков мягкость его теплых губ.
Легкое касание. Всего мгновение. Столь невинная ласка, а меня затопило ощущение нереальности и желание продолжить тактильное знакомство с его губами. Но я не двигаюсь, потому что не могу, настолько вся эта ситуация кажется мне иллюзорной, что одно движение и все рассыплется. А мне так хорошо, сладко, томительно, что я не хочу прерывать это состояние сна наяву. Не зря я сегодня вспоминала кроличью нору, есть в этом что-то схожее.
Все это время внимательно следящий за моим лицом Богдан наклонился и легко коснулся поцелуем моих губ. Отстранился, что бы заглянуть в мои глаза. И снова легкое касание его губ возле уголка моего рта. Мгновение и он опять стал отстраняться, а я потянулась за его губами, что бы догнать мимолетным поцелуем, почто что касанием… мало. И я лизнула его нижнюю губу со вкусом мороженного. Наверное, это шутки моей богатой и неуемной фантазии. Но дальше дофантазировать я не успела. Богдан горячо поддержал мой отклик, страстно целуя меня, сплетая свой язык с моим. Его ладонь скользнула мне на затылок, а вторая на поясницу и он притянул меня к себе.
«Вот тебе и нордическое спокойствие… цунами… как цунами», - пожалуй, это были последние подобия мыслей в моей голове, которые сменил шум моря. Инородные звуки погони, взрывы и реплики актеров вязли в набегающих волнах возбуждения. Этот поцелуй что-то взорвал во мне. Могу предположить, что это были мои здравомыслие и адекватность. Хотя результат взрыва, прокатившейся горячей волной по венам и мурашками по коже, заодно затопивший возможные протесты и попытки остановиться, мне определенно нравился. Единственное, что я четко понимала на тот момент, так это то, что будь мы в подходящем месте, я бы уже срывала с него одежду, задыхаясь от желания поскорее остаться обнаженной, дабы ничего не мешало чувствовать его всем телом.
Мы сидели и целовались, разделенные мягким подлокотником. Мне было ужасно неудобно. И не только из-за невозможности снять одежду с Богдана. Нет. Чуть приподнятые подножкой кресла ноги не могли найти надежную опору. Из-за этого снижалась маневренность, а зудящее по этому поводу внутреннее недовольство не позволяло мне сойти с ума окончательно. Да еще и мягкий подлокотник, разделяющий диванчик на два кресла, больно впечатывался мне под ребро, напоминая о реальности. Но это ненадолго. Легкое жужжание, сопровождающее погружение «буфера» виде подлокотника, и теперь два кресла стали одним диванчиком. А вот и ноги опять почувствовали пол. Богдан убрал все раздражители, что не давали мне слететь с пласта реальности.