Остальные, напротив, воодушевились, возрадовались, принялись угощаться, решили, что нежизнь прекрасна и на некоторое время напрочь позабыли о цели, ради которой сюда прибыли.
– Оленька, чай превосходен, а ты – просто чудо! – сказал Акакий, волею судеб оказавшийся на противоположном от хозяйки округлом конце стола. – Какой дом! Какой стол! Какой сервиз!
Он скосил глаза и недоуменно продолжил вполголоса:
– Я только не понял. А эта крышка от чего?
– Это улика! – ответил Зар.
– Улика? Я не в курсе.
– Второй раз рассказывать не буду, потом отдельно, если понадобится! – отрезал Лекс. – А сейчас, наконец, надо выслушать Тик-Тик.
Тик-Тик уже почти полностью пришла в себя, блузка ее поменяла расцветку на более соответствующую интерьеру, а волосы, хотя и не уложились в прическу, уже не торчали в разные стороны.
– Я буду с момента, когда Лекс ушел, – начала она. – Итак, я сглупила, потому что даже не попробовала вернуться в Йоки без пропуска. В итоге выяснилось, что студбилета достаточно, но не буду забегать вперед. В общем, я решила некоторое время по-не-жить в Подпущино, во-первых, собрать материалы для курсовой, во-вторых, поговорить с каждым по отдельности, чтобы выяснить, где же они были полгода. Я думала остановиться в могиле Лекса, у него там достаточно уютно…
– Да там полный отстой! – возразил Лекс.
Он и раньше знал, что не умеет обустраиваться, а после Калейдоскопа…
– Халупа у меня, а не могила! Там всего-то и есть, что…
– Это неважно! Не отвлекаемся, – строго пресек увиливания от темы Милаш. – Продолжай, девочка!
Тик-Тик продолжила:
– В общем, все сразу пошло не так. Я проводила Алексея до стоящей в подвале Алинки чаши, за которой начинается проход в сторону университета. И еще там есть ответвления к другим могилам, но не ко всем. Это запомните! Это важно!
– Мы всё запоминаем, – успокоил ее Зар.
– Потом я некоторое время осматривала подвал в поисках улик или подозрительных предметов, но ничего заслуживающего внимания не нашла. И тут сверху раздался шум. «Тук». «Тук». А потом… «Шарк». «Шурк». Я тихонько поднялась по лестнице и глянула. Было уже довольно темно, и…
– Темно?! Но ты же видишь в темноте! Мы все видим в темноте!
– Я не вижу, – возразила Оленька.
– Ты новичок, ты еще не освоилась, – объяснили ей. – После десяти-двадцати лет нежизни уже все видят. А Тик-Тик давно умерла.
– В том-то и дело! – воскликнула Тик-Тик. – Я в любой темноте прекрасно ориентируюсь. Но там была… Другая темнота. Вязкая. Липкая, и при этом сухая, типа порошка. Или не порошка… Как бы вам объяснить…
– Не надо ничего объяснять, – громко сказал Акакий. – Полагаю, это была…
– Ну же!
– Это была Мгла! – загробным голосом провозгласил Какака. – Продолжай.
При слове «мгла» Лекс нахмурился, Гусар напрягся, словно увидел врага, а у Милаша на лице отразилось удивление и полное непонимание.
– Я слышал про Мглу, – сообщил Зар. – Потом объясню с точки зрения физики. Но я не уверен, что это была именно она. Давай подробнее, Тик-Тик!
– Я и так подробно… В общем, было темно, липко и очень плохо видно. Но я разглядела тень, похожую на человека. Тень медленно шла от гроба к дверям, к выходу. И каждый шаг звучал как «шурк», «шурк»…
– Мгла беззвучна, – сообщил Зар. – Так что это было нечто иное.
– Это была Алинка-Малинка, – сказала Тик-Тик. – Я поднялась и пошла за ней. Когда она открыла дверь, стало светло, как обычно.
– Алина встала и пошла? – обомлел Лекс. – Да ладно! Быть не может. Ты с ней поговорила?
– Да, то есть нет. Я ее догнала на улице. Она меня как бы видела, а как бы и нет. Она шла словно зомби в сторону склепа Склепа. А я семенила то рядом, то за ней и что-то болтала, а она не отвечала. Потом произнесла как во сне: «Хочу кофе!» Я обрадовалась и принялась рассказывать ей про «Казю и Кузю» и про то, что кофе был, но теперь в подвал кафе не попасть, но сдубленный кофе есть у Склепа Ивановича и так далее. Она все шла и не отвечала. По дороге мы никого не встретили. Погода испортилась, начался ветер и как бы вьюга.
– Вьюга? Да у нас там уже почти лето! – воскликнул Лекс.
– Вьюга. Местами – вьюга, – упрямо повторила Тик-Тик.
– Передаем прогноз погоды! Местами лето, местами вьюга! – пошутил Квазар, но никто не засмеялся.
– Алина вошла в кафе, и я показала ей, где лестница вниз. Входная дверь за нашими спинами вдруг захлопнулась и вновь распахнулась. И ставни на окнах тоже захлопали. Я обернулась и… И… И…
Тик-Тик вдруг начала заикаться и распухать. Крючки на блузке понькали один за другим. Глаза Тик-Тик расширились от ужаса и полезли на лоб.