— И по деньгам это выходит? — задрал правую бровь вверх Сидор.
— Два с половиной миллиона имперских ящеров им в карман, — невозмутимо отозвалась Белла.
— А нам? — ещё выше поднял бровь Сидор, уже начиная о чём-то догадываться.
— Нам три, — холодно отрезала Белла.
— Что? — глаза Сидора полезли на лоб. — Три? Я не ослышался? За три миллиона они хотят получить от нас девять малых ушкуев и восемь больших лодий? А нам заплатить три?
— Нам три, а своим, за меньшее — два с половиной.
— А?
— А остальное — положить себе в карман, откатом, — раздражённо отрезала Белла. — Но для всех будут означены совсем другие цифры. Что стоимость этого заказа не пятнадцать миллионов, а двадцать пять.
— Разницу в десять мы должны будем сразу же перечислить в некоторые банки на Запад, на имена людей, которых они нам назовут. Остальные десять — по окончанию работ, после окончательной приёмки лодий комиссией из представителей амазонок и как только к нам доставят те средства.
— Это даже не смешно, — без тени улыбки проговорил Сидор. — Это что? Их своеобразное понимание того, что они дали нам возможность спокойно перевезти наших переселенцев с низовий Лонгары сюда в верховья? Я правильно понимаю?
— Правильно, — согласно кивнула головой Белла. — Ты всё понимаешь правильно. И про нечто подобное они с нами с самого начала и договорились, если ты ещё не забыл предварительные с ними договорённости.
— Дёшево они нас ценят, — задумчиво пробормотал Сидор. — Чуть более ста тысяч за одну лодью? При норме — не менее пяти сотен? И это не считая пулемётов и мортир.
— Дёшево, — мрачно согласилась с ним Белла. — Много дешевле чем местную Старшину, которой тоже закажут где-то с два десятка новых судов. Чтоб нас особо не выделять на общем фоне.
Кому три, кому два. Голове, на его самые большие в городе судоверфи — так вообще шесть, если мне не изменяет память. Староста получит заказ на пять больших боевых лодий. А Демьян Богат — на четыре. Но только не боевых, а транспортных.
Но вот заплатят им, не в пример нашему, много больше. И откаты, как я слышала, там намного ниже, чем у нас. Там их вообще нет, — мрачно буркнула Белла.
Единственное что утешает, эта цена всё же без оружия, только за сами лодьи.
— И на кой тогда оно нам всё это сдалось? — Сидор задумчиво смотрел на раскрасневшуюся от гнева жену. — Построй им новые суда, да ещё потом и продай старые, честно отбитые у них в бою. Чтоб у них было всё, а у тебя — ничего. Я правильно понял?
— Правильно, — согласно кивнула головой такая же, как и он раздражённая Белла.
Бела вообще была сегодня на удивление на всё согласная. Только вот это нисколечко не радовало. Это было не то согласие, которого бы Сидору хотелось. Это было согласие из-под палки.
— Дай, продолжу за тебя логическую цепочку, — мрачно пробурчал Сидор. — Мы строим амазонкам ушкуи и лодьи, большие и малые. Продаём, потом, у них же ранее отбитые трофеи. Вкладываем в этот занимательный процесс все наши наличные ресурсы: металл, сухое дерево, которого не так уж у нас и много, новейшее, по всем местным меркам оружие поставляем, труд свой, фактически дармовый. А в результате — сами остаёмся с голой жо…ой? Так выходит?
— Так, — согласно кивнула головой Белла. — Ещё раз повторяю. Так!
— Тогда, повторяю вопрос. В чём наша выгода?
— Ни в чём, — пожала Белла плечами. — Наша выгода амазонками даже не рассматривается. Они и пропустили-то сюда в город такую огромную массу народа по одной единственной причине. Надеялись задействовать всех переселенцев на строительстве кораблей для себя, а девочек планировали забрать в свою армию. Это теперь стало окончательно ясно. И это же прямо подтвердила и Илона, когда я поставила вопрос в лоб. Так ли это?
Она полностью согласилась с моими выводами. Чётко и недвусмысленно. Все девочки должны будут оказаться у неё в легионе. И если этого не произойдёт, у нас будут проблемы с Правым берегом. Открытым текстом, ничуть не скрываясь.
— Приехали, — едва слышно пробормотал себе под нос Сидор. — Операция прикрытия, так тщательно разработанная Ведуном для сокрытия источников поступления к нам средств от продажи изумрудов, дала неожиданный результат. Амазонки нас уже и за людей не считают. Так, средство для достижения своих целей.
— Тогда, спрашивается, перед кем мы тут скрываемся? Амазонки так и так знать будут, что у нас неизвестно откуда появились крупные наличные средства. И как только у них на глазах произойдёт переоснащение наших заводов новейшим оборудованием и строительство новых заводов — как они тут же взвоют. Откуда? Откуда у нас эти деньги?
Про изумруды не скажу, но наша золотая шахта тут же всплывёт. Слишком многие о ней знают. И разразится грандиозный скандал.
За подобное, за чеканку золотых монет несуществующего баронства нас здесь в пыль сотрут городские власти. Не за то, что занимались чеканкой, а за то, что посмели что-то делать у них за спиной и не поделились. Вспомни историю хотя бы с Пашиным серебром и его шахтой. До сих пор регулярно напоминают и спрашивают: "Когда мы примемся за её разработку? Когда в город пойдёт серебро?" не забыли ли мы о наших предварительных договорённостях, а то ведь можно и напомнить…
Так что, если сразу не сотрут с лица земли, то потребуют своей доли, причём с процентами и моральными неустойками. Иначе, мол, выпрут из города на все четыре стороны с голой жо..й. Естественно перед тем отобрав всё здесь нажитое.
И куда мы тогда подадимся? — совсем убитым, мрачным голосом поинтересовался он. — Без штанов и в шляпе?
Нет, — мрачно мотнул Сидор головой. — Это для нас не вариант. Откаты надо давать осторожно, без лишнего фанатизма.
А засветимся со своими неучтёнными миллионами перед амазонками. Да ещё такими колоссальными, двадцать миллионов отката, который потом вдруг всплывёт неучтённым новейшим оборудованием, смерти подобно.
Да они с нас потом с живых не слезут. Так и будут жилы из нас тянуть и кровь нашу пить. И платить за дорогущие работы сущие копейки. Вымогатели они ещё те, с хорошей школой и богатой практикой.
Да и Ведун, скотина такая, явно нас подставляет, чтоб тоже на коротком поводке держать и далеко не отпущать.
Ну? — повернулся он к Белле. — Что говорим Илоне?
— Что она получает наших триста и отдаёт нам для работы в Приморье триста своих, — холодно улыбнулась одними губами Белла. — И про возрождение своего легиона может забыть. По крайней мере, пока. Пока мы не сможем полностью проконтролировать такую большую массу вооружённых амазонок.
— И если она хочет вообще заниматься строительством лодий и получить свои вожделенные два с половиной миллиона, то работать будет только под нашим присмотром и на наших условиях. В указанных нами местах и предоставив нашему мастеру-каретнику своих самых лучших мастеров корабелов, для решения наших насущных задач.
— Илона — единственная, кого уже мы можем нагнуть, — сухо проговорила Белла. — И пусть амазонки строят для своих привычные им корабли. Мы же пойдём иным путём. Мы будем нарабатывать опыт, и строить свои лодьи из нашей фанеры.
— Которые неизвестно, сколько времени могут провести на воде, пока не расслоятся и корабль не утопнет, — мрачно пошутил Сидор. — Так что, если они и нам построят парочку каких-нибудь своих, самых обычных больших транспортных судов, для наших насущных целей, я возражать не буду. Но не за те бешеные деньги, что согласны им заплатить в Амазонии.
— Так Илоне и скажи. Согласна — будет у неё триста девочек и два с половиной миллиона. Нет — пошла нахрен.
Оказаться наконец-то на перевале Басангский Рог для Сидора было настоящей удачей.
— "Господи! Дай мне наконец-то возможность вырваться из этого болота!" — наверное, это была, чуть ли не ежедневная утренняя молитва Сидора каждый день, когда он просыпался в своей кровати в такой милой и уютной родной землянке.