Получалось, что срочно уехать он не мог. Через Басанрог долго. А через туннель опасно. И бросить всё здесь в том положении, что оно есть — нельзя. Надо ждать взрывников и не соваться в туннель пока его не разминируют. И никого туда больше не пускать, и самому не соваться. Мало ли что случится. Раз повезло, пронесло, два повезло, пронесло, на третий может и не повезти.
Сидор мысленно чертыхнулся. И так клин, и так клин. Ещё и врача из госпиталя нет до сих пор, и будет только через несколько дней, вместе с группой сапёров. Нравится, не нравится, а придётся сидеть и ждать, как бы Белла с Ведуном и Машка не возмущались и его не торопили.
Ну а пока выдалось свободное время, не занятое ничем срочным, можно было и поближе ознакомиться с усадьбой. Тем более что при ближайшем рассмотрении выскочило много интересного. А лазить по развалинам, где можно было найти массу всякого любопытного, Сидор любил. Поэтому, отложив на потом все текущие дела, он принялся за детальное изучение доставшегося ему имущества жены.
И при повторном, более внимательном обследовании впечатления были самые положительные. Сидор ещё больше убедился в правильности своего решения расположить здесь свою основную торговую базу.
Для этого здесь были, чуть ли не идеальные условия. Огромные подвальные помещения, настоящие катакомбы, соединённые между собой многочисленными подземными проходами, создававшими впечатление, что сама усадьба строилась больше вниз, чем вверх.
На небольшой горной террасе, на которой стояла эта усадьба, над катакомбами возвышались лишь небольшой Главный усадебный дом — изящная двухэтажная постройка с мезонином, и немногочисленные, скромные одноэтажные постройки.
По внешнему виду это была типичная небогатая усадьба какого-нибудь бедного дворянина. И уж никак нельзя было предположить, что под ней устроен огромный, подземный комплекс.
Может быть, ещё и поэтому на неё до сих пор никто не обратил внимания, так как практического использования всех этих огромных подвальных помещений в отдалённой от города горной усадьбе никак не просматривалось.
Да и для стоянки транзитного обоза усадьба подходила мало. Стояла она в стороне, как бы на отшибе, в трёх верстах от основного торгового тракта, идущего по подножию горного склона, и смысла тащить тяжелогружёные фургоны по серпантину в горы не было ни малейшего. К тому ж по всей длине прилегающего к городу участка бывшего торгового тракта, до сих пор ещё отчётливо просматривались руины бывших там когда-то ранее многочисленных торговых пристанищ, и лезть куда-то в горы смысла не имело ни малейшего.
Однако для нужд самого хозяина этой усадьбы, владельца этой обильной водой долины, она была весьма удобна. Учитывая же тайное назначение усадьбы, как склада товаров для торговли с той стороной, с Загорьем, как в этих краях называли Левобережье, эта усадьба была приспособлена идеально.
Длинный пологий спуск на тракт, только снизу, со стороны тракта от подножия склона, казался тяжёлым, длинным и утомительным. На самом же деле это был чисто оптический обман зрения и даже для тяжелогружёного фургона подъём был совсем не обременительным. И обычная пара тяжеловозов уверенно могла тащить тяжёлый груз вверх по пологому, извилистому серпантину дороги.
Спускаться же вниз с горы, так вообще было одним сплошным удовольствием.
Словом эта усадьба идеально подходила на место торгово-складского центра всего этого края. Тем более что с защитой её также проблем никаких не было.
При производстве раскопок выявилось наличие широченного крепостного рва трёхметровой глубины, выдолбленного в каменистом грунте вдоль всей крепостной стены, полностью в настоящее время засыпанного кирпично-известковым крошевом от разрушенных стен и прочим каким-то мусором.
И стоило только откопать ров и восстановить бывшие тут когда-то трёхметровой высоты толстые кирпичные стены, от которых ещё остались, как образец, пара кусков не до конца взорванной внешней ограды, взять штурмом эту горную твердыню, цитадель, было бы крайне затруднительно.
Помимо внешнего, комплекс имел ещё и внутреннюю защиту от возможного проникновения внутрь усадьбы по подземному ходу с той стороны гор. И только необычайным везением и обрушением части боковой стены подземелий при взрыве, и можно было объяснить, что первый раз они вообще смогли попасть сюда с той стороны год. Да ещё может быть тем, что когда-то главный выход из пещеры, перекрытый сейчас обвалом, практически погрёб под собой все смертоносные ловушки, которые в изобилии стали проявляться при первой же попытке откопать основной проход. Одновременно, при том, открыв доступ в пещеры.