В принципе, правильный вывод и принятое решение, но бездарное исполнение. Деревенское стадо действительно приносило хозяевам мельницы большие неудобства, загрязняя пруд. И чтоб не было ненужного конфликта с наблюдавшей за поддержанием водоёма в чистоте семьёй местных медведей, кормившейся с этого пруда рыбой, решили дело радикально. Попросту перенесли всю деревеньку со всеми её домами, постройками, жителями и живностью ниже по течению реки. И все дела. А то, что деревенька при этом попадала в зону возможного затопления, в случае случайного прорыва плотины, учесть забыли. Точнее — не подумали. А ещё точнее — не захотели подумать, привычно понадеявшись на авось. Видать, новым хозяевам только недавно построенная плотина казалась надёжной.
Маша, привстав с сиденья своей коляски, рукой указала куда-то на середину плотины.
— Если интересно, можно подъехать к прорану поближе и оттуда всё посмотреть. Там лучше видно, что эти дураки не подумали перед дождём снять пару досок на водосливе, чтоб проход для воды открыть побольше. Плотина вполне могла выстоять.
Да она и на самом деле была надёжной. Если б только эти придурки смотрели за ней так как следует, — раздражённо проворчала Маша. — И не стремились максимально поднять уровень воды в пруду, в погоне за длинным рублём добиваясь наибольшего напора.
В какой-то момент недосмотрели и… ква! Получили — плотину, размытую перехлестнувшей через гребень водой, и брошенную, полностью выработавшую свой ресурс лесопильную мельницу с убитыми насмерть станками. От мельницы так вообще, к настоящему времени даже и остова каркаса не осталось. Разобрали на дрова оставшиеся ещё в деревеньке немногие не покинувшие её жители.
И что ты надеялся здесь увидеть?
Недовольная всей этой поездкой Маша, выйдя из коляски, присоединяясь к замершему столбом на краю свежего совсем прорана Сидору.
— Стой, не стой, а смотреть здесь больше не на что. Была плотина с мельницей, и нет её. Ни того, ни другого. Треть плотины, как корова языком слизнула, от мельницы остался один только остов. Нельзя даже подъехать и посмотреть на так тобой любимые развалины.
Но я тебе и так скажу. Станки выработали свой ресурс раза три, и восстанавливать их или пытаться отремонтировать — пустая трата и денег, и сил. Пил, даже ломаных и ржавых — нет и в помине. И кто им ноги сделал, не известно. Стен мельницы с крышей, как впрочем, и части фундамента, — невесело ухмыльнулась она, — смытого во время прорыва воды — тоже нет. Так что я не удивляюсь, что Потап с радостью, чуть ли не в припрыжку вернул нам это "богатство". И даже без всякого выкупа, на котором ранее жёстко наставал.
И в глазах всего городского сообщества предпринимателей он теперь выглядит этаким благодетелем и оборотистым дельцом, каких здесь все уважают. Вернувшим бывшим хозяевам сомнительно отобранное у них имущество, а заодно ловко сбывшим с рук ненужное ему барахло. Да ещё и наваривший на том хороший капитал.
Не смотри на меня так, — вдруг тихо проговорила она. — Чтоб всё это восстановить в прежнем виде потребуются серьёзные деньги. Меньше, конечно, чем обошлось первоначальное строительство, но ненамного. А с деньгами ты и сам знаешь у нас как, — тяжело вздохнула она.
Мы тут с Беллой прикинули, и выходит, что лучше бы нам за эти развалины не браться вообще. Возни много, денег потратим много, а прибытку — чуть. Да и строевого леса здесь во всей прилегающей округе, больше нет. Повывел Буряк отведённую ещё для нас лесосеку, под ноль, начисто свёл. Пилить здесь больше нечего. Молевой сплав запрещён, с нашей же подачи. А возить издалека — дорого, сам знаешь. Дешевле где-нибудь на месте новую лесопилку построить, пусть и не такую большую, как эта.
— Что молчишь, — хмуро бросила она.
— Думаю, — флегматично отозвался Сидор. — А что медведи?
— А что медведи, — эхом повторила за ним Маша.
В голосе её невольно прорезалось глухое раздражение, как только зашла речь о косолапых.
— Что Катьке, что остальным медведям совершенно фиолетово, кто владеет водоёмом, те или эти, как впрочем, и лесопилкой. Сам знаешь, их интересует только пруд, а точнее — рыба в пруду, да ещё малина по вырубкам. И чтоб жратва никогда не переводилась. За это они обеспечивают хозяевам лесопилки и жителям прилегающих к водоёму деревень спокойствие и защиту от залётных ящеров.
И стоило только плотине разрушиться из-за недосмотра, как семья присматривающих за этим местом медведей тут же перекочевала куда-то на другое хлебное место. А следом за ними отсюда разбежались и работнички, будь они неладны, — Маша сквозь зубы что-то тихо и сердито пробормотала себе под нос.